Река лучеса 1944 год

Пятый сталинский удар. Часть 2. Витебско-Оршанская наступательная операция

К 22 июня 1944 г. подготовка большой операции стратегического значения в Белоруссии была завершена. 22 июня советские войска провели разведку боем. Передовые батальоны, поддержанные огнем артиллерии и танками, на ряде участков вклинились в оборону, захватили первые траншеи противника.

Первый этап операции (23-28 июня)

23 июня основные силы трех советских фронтов начали наступление. 1-й Прибалтийский и 3-й Белорусский фронты основные удары наносили на витебском, богушевском, оршанском направлениях. 2-й Белорусский фронт наступал на могилевском направлении. 1-й Белорусский фронт перешёл в решительное наступление на день позже — 24 июня. Армии Рокоссовского наносили главный удар на бобруйском направлении.

Пятый сталинский удар. Часть 2. Витебско-Оршанская наступательная операция

Подразделение 3-го Белорусского фронта форсирует реку Лучеса. Июнь 1944 года

Витебско-Оршанская операция

1-й Прибалтийский фронт. В ходе разведки боем 22 июня передовые батальоны 22-го гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Ручкина из состава 6-й гвардейской армии (6 ГА) прорвали тактическую оборону противника, продвинулись на 4-6 км. Появилась угроза для фланга и тыла немецкого 9-го армейского корпуса. Немецкое командование было вынуждено начать переброску части тактических резервов 9-го корпуса в район восточнее Оболя. В результате немцы были лишены резервов в первый день, что способствовало наступлению 6-й гвардейской армии и 43-й армии. Передовые батальоны 23-го гвардейского стрелкового корпуса 6 ГА и 1-го стрелкового корпуса 43 А также добились некоторых успехов, вклинившись в оборону противника.

Успех 22 июня привел к тому, что в план артиллерийского наступления внесли значительные коррективы. Так, в 6 ГА сократили время артподготовки и до 50% уменьшили количество привлекаемой артиллерии. Утром 23 июня ударная группировка 1-го Прибалтийского фронта — 6-я гвардейская армия под командованием Чистякова и 43-я армия Белобородова, перешла в наступление. Пехота, поддержанная танками непосредственной поддержки, авиацией и артиллерией, прорвала фронт противника на участке в 30 км.

Советские войска стали быстро продвигаться на западном направлении. Немцы пытались сдержать советское наступление огнем артиллерии и контратаками пехоты силами от роты до батальона, поддержанных группами танков по 3-8 машин. Однако советские войска продолжали наступление. 1-й стрелковый корпус 43 А при поддержке частей 6 ГА обошел с флангов и тыла сильный узел сопротивления Шумилино и после непродолжительного, но упорного боя овладел населенным пунктом. Гарнизон опорного пункта был частью уничтожен, частью сдался в плен.

Расчет советской 122-мм гаубицы М-30 в бою против немецких танков. 3-й Белорусский фронт

В первый день наступления советское командование планировало ввести в бой 1-й танковый корпус Буткова. Он должен был наступать в общем направлении на Бешенковичи. Корпус начал выдвижение в 10 часов (он располагался в 14-18 км от переднего края), но дождь значительно ухудшил движение по дорогам, а вне их на болотистой местности, движение танков было практически невозможным. В результате до темноты танкисты вступить в бой не смогли. К этому времени пехота с танками поддержки вела бои в районе межозерных дефиле западнее и юго-западнее Шумилина. В связи со значительным опозданием и наличия впереди труднопроходимой местности — межозерных дефиле, комфронта Баграмян запретил ввод в бой танкового корпуса, до преодоления пехотой межозерных дефиле.

23-й гвардейский и 1-й стрелковый корпуса продвинулись за день на 16 км. На правом флаге 6 ГА 22-й гвардейский корпус, преодолевая упорное сопротивление тактических резервов противника, продвинулся на 2-7 км. В этот же день на стыке двух гвардейских корпусов ввели в бой часть сил 103-го стрелкового корпуса 6 ГА. 2-й гвардейский стрелковый корпус был сосредоточен для наступления.

Облачность и переменный дождь несколько ограничили действия советской авиации, но она совершила 746 самолето-вылетов (из них 435 штурмовых). Немецкие ВВС в этот день ограничивались разведкой.

Командующий 1-м Прибалтийским фронтом генерал армии И.Х. Баграмян и начальник штаба фронта генерал-лейтенант В.В. Курасов в период Белорусской операции

Таким образом, уже в первый день наступления ударной группировки 1-го Прибалтийского фронта удалось достигнуть крупных успехов. Фронт противника был прорван. Немецкий 9-й армейский корпус был разбит, его части, бросая технику (было захвачено 6 танков, 66 орудий и другое оружие и имущество), поспешно отступали на западный и южный берег Западной Двины. Немецкое командование старалось из остатков корпуса и переброшенных резервов создать устойчивую оборону в районе Оболь и на Западной Двине, не допустив расширения бреши. Советское командование, чтобы сохранить темп наступления и не дать противнику закрепиться на новых рубежах, сформировало передовые мобильные отряды, усиленные танками и артиллерией.

24 июня советские армии продолжали наступление, расширив брешь до 90 км по фронту и на 25-30 км в глубину. Немцы ожесточённо сопротивлялись — советские войска отбили 27 контратак. К концу дня 6 ГА вышла к Западной Двине. Передовые отряды с ходу форсировали реку и захватили небольшие плацдармы. 43-я армия, продолжая наступать в юго-западном направлении, также вышла к Западной Двине. 1-й стрелковый корпус под началом Васильева с ходу занял плацдармы на южном берегу реки. На левом фланге 43 А части 92-го стрелкового корпуса прорвали немецкую оборону и вышли на дальние подступы Витебска (8 км севернее города). На правом фланге фронта наступление 4-й ударной армии Малышева не принесло успеха. Немцы оказывали упорное сопротивление, и части 4-й ударной армии не смогли прорвать оборону противника.

1-й танковый корпус начал движение к Западной Двине. Однако немногочисленные дороги после дождей стали труднопроходимыми, почти все мосты были уничтожены немцами, их приходилось восстанавливать. К тому же дороги были забиты вторыми эшелонами, артиллерий, понтонами и обозами наступающих армий. Образовались многочисленные пробки. Только после того как удалось организовать движение, танки, артиллерия и понтоны были пропущены вперёд. Танковый корпус вышел к Западной Двине только к концу дня и начал подготовку к форсированию руки. Самолеты 3-й воздушной армии в этот день сделали 1127 самолето-вылетов (погодные условия улучшились).

К концу второго дня наступления части 43 А 1-го Прибалтийского фронта и 39 А 3-го Белорусского фронта вышли в тыл витебской группировке противника. Немецкое командование, пытаясь предотвратить катастрофу, которая угрожала витебской группировке и не дать Красной Армии форсировать Западную Двину, спешно стягивало резервы и войска с других направлений. В район Полоцка стали перебрасывать с идрицкого направления две пехотные дивизии; на рубеж Западной Двины выдвинули две охранные дивизии, а также различные саперные, строительные, охранные, штрафные и другие части. Из района Пскова стали перебрасывать 212-ю пехотную дивизию.

Форсирование Западной Двины. Части 6 ГА и 43 А, не дожидаясь подхода понтонных соединений, немедленно приступили к форсированию реки на различных подручных плавсредствах. Полковую, дивизионную артиллерию и часть истребительно-противотанковых артполков и легких пушечных артиллерийских бригад переправляли на сбитых самими артиллеристами плотах. Эта артиллерия сыграла большую роль в удержании и расширении плацдармов.

Переправа танков через Западную Двину. 1-й Прибалтийский фронт

Немецкое командование, стремясь во что бы то ни стало остановить советское наступление, бросало в бой наспех собранные части. Находившиеся на плацдармах советские войска подвергались многочисленным яростным контратакам. Однако немецкие атаки не смогли остановить наступление советских войск. Весь день 25 июня продолжалась переправа советских частей. Так, форсировал реку и расширил ранее захваченный плацдарм 23-й гвардейский стрелковый корпус. К концу дня саперы навели понтонные переправы, что значительно ускорило переброску артиллерии и танков. Части 6 ГА и 43 А к концу дня освободили город Бешенковичи. Соединения 43 А совместно с войсками 39-й армии завершили окружение витебской группировки противника. В этот же день навели паромную переправу для переброски танкового корпуса. Надо отметить, что ударную силу этого корпуса так и не смогли использовать в этой операции.

26 июня войска ударной группы фронта прошли с боями 10-20 км. Немецкое командования остатками разбитых частей и вводом новых дивизий (290-й пехотной и 221-й охранной) пыталось приостановить советское наступление. В течение дня советские войска отразили до 30 контратак, каждая силами от батальона до полка пехоты при поддержке 10-12 танков. 43-я армия частью своих сил участвовали в ликвидации витебской группировки. Люфтваффе, как и предыдущие дни, активности не проявляла. Таким образом, 25-26 июня фронт Баграмяна решил сложную задачу по форсированию такой крупной водной преграды, как Западная Двина. Были преодолены и менее значительные водные преграды — реки Улла и Свечанка. Плацдарм был углублен до 18 км.

27-28 июня войска 1-го Прибалтийского фронта развивали наступление в западном направлении. В состав 4-й ударной армии включили 100-й стрелковый корпус, и армия Малышева производила перегруппировку сил для последующего наступления на Полоцк. 22-й гвардейский стрелковый корпус 6 ГА взял сильной опорный пункт противника Оболонь. Войска 43-й армии, при содействии сил 3-го Белорусского фронта, штурмом взяли важный опорный пункт и узел шоссейных дорог — Лепель. 1-й танковый корпус после переправы через реку Улла совместно с частями 2-го гвардейского корпуса 6 ГА взял опорный пункт противника Камень.

В результате за шесть дней наступления войска 1-го Прибалтийского фронта успешно решили задачу, поставленную Ставкой. Ударная группировка фронта прорвала оборону противника, совместно с войсками 3-го Белорусского фронта уничтожила витебскую группировку, форсировала Западную Двину, Свечанку, Уллу и, продвинувшись левым крылом на 80 км, заняла крупные опорные пункты вермахта — Бешенковичи и Лепель. За это время советские войска уничтожили более 25 тыс. солдат и офицеров противника, и много боевой техники, включая 51 самолет, 322 орудия. Было захвачено в плен более 5 тыс. человек, советскими трофеями стали 474 орудия, более 1400 машин и другое вооружение и техника.

Наступление 3-го Белорусского фронта

22 июня во второй половине дня передовые батальоны дивизий первого эшелона 5-й армии Крылова при поддержке артиллерии перешли в наступление и мощным, внезапным ударом ворвались в первую траншею противника и захватили её. Развивая первый успех, передовые части продвинулись на 2-4 км. При этом на направлении главного удара советские воины захватили не только первую траншею, но вторую и третью. Немцы контратаковали, пытаясь восстановить положение, но их удары отразили. На этом направлении советские войска нанесли поражение двум полкам 299-й пехотной дивизии 6-го армейского корпуса и штрафному батальону.

Одновременно атаковали немецкие позиции передовые батальоны 11-й гвардейской армии Галицкого. Они наступали вдоль минского шоссе. Передовые части армии ворвались в первую траншею. Однако встретили сильное сопротивление и дальше продвинуться не смогли. Здесь немецкие войска опирались на хорошо укрепленные позиции. Передовые батальоны 31-й армии Глаголева успеха не имели. На оршанском направлении оборону держала немецкая 78-я штурмовая дивизия 27-го армейского корпуса, она была хорошо укомплектована и усилена около 50 штурмовыми орудиями.

Разведка боем показала, что наиболее слабую оборону немцы имеют на богушевском направлении. Пять батальонов 5 А глубоко вклинились в оборону противника и захватили несколько небольших плацдармов на реке Суходровка. Ночью инженерные части 5 А построили три 60-тонных моста через реку для переправы танков и артиллерии, и три легких моста для автотранспорта. К тому же немецкое командование уже в первый день боя использовало в полосе наступления 5 А все дивизионные резервы и резерв 6-го корпуса — части 14-й пехотной дивизии. В результате у немцев не оказалось сил для парирования удара основных сил 5-й советской армии.

Батарея тяжёлых гаубиц Б-4. 3-й Белорусский фронт

23 июня по позициям противника был нанесен мощный артиллерийский удар. Первые 5 минут — огневой налет всей артиллерии, 105 минут — период разрушения немецких оборонительных сооружений прицельным огнем, 20 минут — разрушение укреплений огнем прямой наводки, и 40 минут — подавление переднего края и ближайшей глубины. В полосе 5 А в артподготовку внесли изменения: огонь артиллерии был сдвинут в глубину обороны противника.

За 15 минут до начала штурма немецких позиций советские ВВС нанесли бомбово-штурмовой удар по немецким войскам. Немецкие истребители группами по 4-6 машин пытались препятствовать советским атакам, но без особого успеха. 1-я воздушная армия удерживала господство в воздухе. Всего за день советские самолеты сделали 1769 самолето-вылетов, провели 28 воздушных боев и сбили 15 самолетов противника.

В 9 часов советская пехота, при поддержке танков, перешла в наступление по всему фронту. 39-я армия Людникова прорвала фронт противника на протяжении 6 км и форсировала реку Лучеса. На острие удара был 5-й гвардейский стрелковый корпус. Наступая в западном направлении, гвардейский корпус продвинулся на 12-13 км и перехватил железную магистраль Витебск — Орша. В ходе боя армия нанесла поражение 197-й пехотной дивизии 6-го армейского корпуса. Попытка немцев остановить советское наступление с помощью части сил 95-й пехотной дивизии потерпела неудачу. Немецкие войска были отброшены на запад.

5-я армия Крылова наносила основной удар своим правым флангом. Здесь атаковали части 72-го и 65-го стрелковых корпусов. Соединения 5 А расширили прорыв до 35 км и продвинулись в глубь до 10 км. Армия форсировала Лучесу и перерезала железную дорогу Витебск — Орша. Противостоящая 5 А 299-я пехотная дивизия 6-го корпуса была разгромлена.

11-я гвардейская армия Галицкого также взломала оборону противника, продвинувшись на глубину от 2 до 8 км. На левом фланге, в полосе минской автострады, советские войска встретили мощную оборону противника. Поэтому командование армии с разрешения комфронта приняло решение перенести основной удар с левого фланга на правый, в полосу 16-го стрелкового корпуса, где наметился успех.

31-я армия Глаголева вклинилась в оборону противника на 3 км и вела упорные бои с немецкими войсками. Немецкая пехота, поддерживаемая танками, постоянно контратаковала. На этом направлении немецкое командование выдвинуло из резерва до двух полков пехоты усиленных танками и артиллерией.

В результате правый фланг фронта достиг наибольших успехов. Части 39-й и 5-й армий прорвали немецкую оборону на 10-13 км в глубину и расширили прорыв до 30 км. Армии, которые наступали в центре и на левом фланге, натолкнулись на более серьёзное сопротивление противника. К тому же здесь располагались наиболее развитые оборонительные сооружения противника. Они вклинились в оборону противника, но прорвать её не смогли.

24 июня части 39-й армии вышли в район Островно. Советские войска перехватили пути отхода вермахта из Витебска на юго-запад. В это же время части 84-го стрелкового корпуса вышли к восточной окраине города. Немцы оказывали упорное сопротивление. 5-я армия, преодолевая сопротивления разбитых дивизий и прибывших немецких резервов, продвинулась на 10-14 км. В 21 час, после мощного бомбово-штурмового удара, который нанесли 270 бомбардировщиков и штурмовиков, советские воины стремительным ударом с севера прорвали немецкие оборонительные порядки и штурмом взяли Богушевск, важный опорный пункт противника. При этом были захвачены 24 орудия. В связи с успехом 5 А в полосе её наступления в прорыв ввели конно-механизированную группу Осликовского.

11-я гвардейская армия, используя успех, достигнутый правым флангом, захватила районный центр Бабиновичи и разгромила в его районе несколько полков противника. К концу дня войска 11-й армии расширили прорыв до 30 км и продвинулись в глубину до 14 км. 31-я армия, отбивая яростные контратаки противника, продвинулась незначительно.

25 июня армии Черняховского продолжали развивать наступление. Левый фланг 39 А вышел на южный берег Западной Двины в районе Дорогокупово, Гнездиловичи. Здесь войска 3-го Белорусского фронта соединились с силами 43 армии 1-го Прибалтийского фронта. В результате кольцо окружения вокруг витебской группировки противника было замкнуто. В этой связи Типпельскирх отметил, что три дивизии были отрезаны противником и вскоре уничтожены. На самом деле в районе Витебска оказался окружён 53-й армейский корпус Ф. Гольвитцера — 206-я и 246-я пехотные, 6-я авиаполевая и часть 4-й авиаполевой дивизий, а также 197-я пехотная дивизия 6-го корпуса. Командующий 3-й танковой армией Рейнгардт предлагал отвести войска, но Гитлер первоначально воспретил отход корпуса, а когда разрешение было получено, было уже поздно.

Одновременно центр 39 А решительной атакой овладел восточной частью и центром Витебска. Окруженные немецкие части предприняли до 18 контратак против 5-го гвардейского стрелкового корпуса, отчаянно пытаясь пробиться на запад и юго-запад, но все атаки противника были отражены.

Конно-механизированная группа Осликовского стремительным рывком овладела городом Сенно. Передовые отряды КМГ перерезали железную дорогу Лепель — Орша. Войска 5-й армии, развивая успех КМГ, продвинулись на 20 км, по пути уничтожая разрозненные отряды противника. Части армии освободили более 100 населенных пунктов. Кроме того, с учётом крупного успеха в полосе наступления 5-й армии, где советские войска прорвали все немецкие оборонительные рубежи и вырвались на оперативный простор, по указанию представителя Ставки Василевского на богушевском направлении решили бросить в бой 5-ю гвардейскую танковую армию под командованием Ротмистрова.

11-я ГА успешно наступала и прорвала два укрепленных рубежа противника. 25 июня в полосе наступления 11 ГА вели в прорыв 2-й гвардейский Тацинский танковый корпус под началом Бурдейного. Он получил задачу перехватить немецкие коммуникации: минскую дорогу северо-западнее Орши и железную дорогу Орша- Лепель. 31-я армия на правом фланге прорвала немецкую оборону на Днепре.

Таким образом, за три наступления войска 3-го Белорусского фронта полностью прорвали немецкую оборону. Советские войска продвинулись глубину от 30 до 50 км и на фронте в 100 км. Витебская и оршанская группировки были разобщены, в районе Витебска окружили пять вражеских дивизий. Семь немецких дивизий были разбиты или понесли большие потери. Советская авиация всё это время прочно удерживала господство в воздухе, уничтожив 52 самолета противника и сделав более 2500 тыс. самолето-вылетов только для штурмовки или бомбардировки сил противника.

Немецкое командование, потеряв основной оборонительный рубеж и потерпев поражение на витебском и богушевском направления, отводило тылы 3-й танковой и 4-й армии на рубеж реки Березина. Одновременно немцы старались задержать наступление советских войск на промежуточных рубежах. Немецкое командование стало вводить в бой оперативные резервы. Особенно ожесточённое сопротивление немцы продолжали оказывать на оршанском направлении. Пытаясь удержать минскую дорогу, немецкое командование перебросило на это направление 260-ю пехотную дивизию из района Копысь и 286-ю охранную дивизию из района Толочин.

Бой в районе вокзала. Витебск

Ликвидация витебской группировки

Уже 25 июня витебская группировка была расчленена на две части. В ночь на 26 июня части 39-й и 43-й армии полностью освободили Витебск. В течение 26 июня окружённая группировка пыталась пробиться из кольца окружения. Немцы совершили до 22 контратак силами от одного до двух полков поддержанных танками, штурмовыми орудиями и артиллерией. В результате яростных боев часть витебской группировки с большими потерями порвалась в леса в район озера Мошно. Однако узкий коридор был вскоре закрыт. Комфронта Черняховский приказал повернуть три дивизии 5-й армии, прорвавшаяся немецкая группа численностью примерно в 5 тыс. солдат была снова окружена вокруг озера Мошно.

Во второй половине дня 26-го части 39-й и 43-й армий продолжали сжимать, окруженные группы противника. Одновременно советские ВВС наносили по ним мощные бомбовые и штурмовые удары. Утром 27 июня советские войска перешли в решительное наступление и сломили сопротивление противника. Большая часть немцев была уничтожена. В плен сдался командир 53-го армейского корпуса Гольвитцер, его начальник штаба полковник Шимидт и ряд других старших офицеров. Среди сдавшихся в плен были и дивизионные командиры: Мюллер-Бюллов (246-я пехотная дивизия), Хиттер (206-я пехотная дивизия).

Одна немецкая группа — остатки 4-й авиаполевой дивизии генерала Р. Писториуса и других частей (всего около 8 тыс. человек), смогла прорваться в направлении Бешенковичей. Однако нарвалась на силы 1-го Прибалтийского фронта и была уничтожена в районе Якубовщина. Специально выделенные отряды советских дивизий продолжали до 28 июня преследовать и уничтожать небольшие группы противника. В итоге немцы потеряли 20 тыс. человек убитыми и 10 тыс. пленными. Вся витебская группировка противника была уничтожена. Так, по данным В. Хаупта, из состава 53-го армейского корпуса к немецким частям прорвались всего двести человек, а 6-й корпус был разгромлен и понес тяжелые потери.

Представитель Ставки ВГК Маршал Советского Союза А.М. Василевский и командующий войсками 3-го Белорусского фронта генерал-полковник И.Д. Черняховский допрашивают командира 53-го армейского корпуса генерала пехоты Ф. Гольвитцера и командира 206-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта А. Хиттера

Поражение оршанской группировки

Конно-механизированная группа продолжала развивать наступление на западном и юго-западном направлениях. Кавалеристы Осликовского освободили от гитлеровцев Обольцы и Смоляны, создав угрозу с северного направления для оршанской группировки вермахта. Армия Ротмистрова освободила Толочин. В результате основные коммуникации немецких войск в районе Орши были перерезаны. Немцы пытались сильными контратаками отбить Толочин, но успеха не добились.

Одновременно 2-й гвардейский танковый корпус Бурдейного перехватил минскую дорогу в 15 км северо-западнее Орши и продолжил движение в южном направлении. 11-я ГА 26 июня вышла к северо-западной окраине Орши. 31 А взяла сильный опорный пункт противника Дубровно. Таким образом, советские войска создали угрозу северному флангу и тылу оршанской группировки. Немецкие контратаки успеха не имели. Необходимо было отводить войска, чтобы их не постигла участь витебской группировки.

Утром 27 июня 31 А прорвала внешний пояс обороны Орши и ворвалась в город. В освобождении города приняли участие и войска 11 ГА. Вскоре город был освобожден от противника. В этот же день танкисты Ротмистрова, развивая наступление вдоль минской дороги, освободили Бобр, Крупки и вышли в район Борисова. Конно-механизированная группа Осликовского вышла в район южнее Холопеничей. 28 июня войска фронта прошли от 22 до 38 км. КМГ Осликовского содействовала силам 1-го Прибалтийского фронта в освобождении Лепеля и вышла к Березине.

Разбитые войска немецких 3-йтанковой и 4-й армий отходили своим левым флангом и центром к Березине. При этом на правом крыле продолжали оказывать упорное сопротивление, старясь удержать Борисов и прикрыть отход могилевской группировки, которая оборонялась перед 2-м Белорусским фронтом. Так, части танковой армии Ротмистрова столкнулись с соединениями немецкой 5-й танковой дивизии, переброшенной на борисовское направление.

Отступление немцев из-под Орши

Итоги

За пять дней наступления войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов полностью выполнили поставленные перед ними задачи. Северный фланг группы армий «Центр» был разрушен, и, таким образом, Красная Армия сделала первый шаг к уничтожению всей минской группировки.

1-й Прибалтийский фронт под началом Баграмяна прорвал оборону противника, форсировал Западную Двину, освободил Бешенковичи и Лепель, способствовал освобождению Витебска и уничтожению витебской группировки противника.

Войска 3-го Белорусского фронта под командованием Черняховского прорвали оборону противника, уничтожили витебскую группировку противника, нанесли поражение оршанской группировке. Были освобождены Орша, Витебск и более 1600 населенных пунктов. Советские войска продвинулись на 115 км в глубину, создав прорыв в 150 км по фронту.

Немецкий 53-й армейский корпус был истреблен или захвачен в плен, 6-й и 9-й армейские корпуса понесли большие потери в живой силе и технике. Немцы потеряли только убитыми более 40 тыс. человек, в плен взяли более 18 тыс. солдат и офицеров. Было уничтожено 126 танков и штурмовых орудий, более 1 тыс. орудий и минометов и т. д. Советскими трофеями стали около 70 танков и САУ, более 1,1 тыс. орудий и минометов, более 3 тыс. автомашин, 32 паровоза, более 1,5 тыс. вагонов, 255 складов с оружием, боеприпасами, провиантом, снаряжением и т. д. Советская авиация уничтожила в воздушных боях и на земле свыше 70 немецких самолетов.

Источник

Река лучеса 1944 год

НА ПЛАЦДАРМЕ НОВИКИ
Николай Лашков ушел на войну в конце августа 1942 года. Он ушёл вместе со своими одноклассниками, выпускниками средней школы города Линёва Сталинградской области. 20 сентября ему исполнялось 18 лет. Провожали его бабушка и сестра Маша. Мама работала, отец ушёл ещё в 1941 году. Маша вспоминает, как они вместе с Колей бежали до военкомата, Коля встал первым в шеренгу мальчиков; стояли там ещё и несколько девочек. Их посадили в машину и повезли на станцию Медведица. Фронт приближался к Сталинграду…

В город Линёв Сталинградской области (бывший Гуссенбах Республики Немцев Поволжья) семья попала во время эвакуации в 1941 году. До этого семья Лашковых жила в городе Жиздра Орловской области. Лашков Николай Иванович – брат моей мамы – родился в деревне Полом, Орловской области в 1924 году.
Ещё в Доме Пионеров Коля занимался конструированием, даже получил путёвку в Артек за модели самокатов, собранные из прялок. А потом в Линёвском колхозе после занятий в школе работал в мастерских по ремонту тракторов; помогал, работая на тракторе, во время посевной. После призыва в армию его и отправили во 2-е Ростовское Артиллерийское училище учиться на командира самоходной артиллерийской установки.

Учёба во 2-м РАУ.

Во 2-м РАУ в городе Молотов Николай проучился целый год. Занимались много, по 12 часов в сутки; чем сложнее была обстановка на фронте, тем ответственнее относились к учёбе. В выходные – работали на лесосплаве, помогали городу, грузили боеприпасы на заводе в Мотовилихе. Из училища приходили домой длинные письма.

Выпускные экзамены в ноябре 1943 года Николай сдал на отлично. Сохранились ведомости с оценками его учебного взвода (архив ЦАМО). В этих ведомостях и списках взвода его фамилия записана, как Лошков, но место рождения, призыва, имя и отчество матери – правильные.

В декабре 1943 года их курс был отправлен в 32-й учебный танковый полк, а затем в учебный центр бронетанковых войск в деревне Сосновка под Москвой.

Формирование 735-го САП.

Там в Сосновке 18 января из вновь прибывших младших лейтенантов, рядовых членов экипажей, старших командиров, технических и других специалистов и был сформирован 735 самоходно-артиллерийский полк. Николай Лашков и его друзья-однокурсники стали в этом полку командирами самоходных установок СУ-76. Всего – 21 самоходка.
Лашков Николай был командиром орудия СУ-76 четвёртой батареи.

В экипаж его самоходки были назначены:

  • механик-водитель – ст. сержант Данич Иван Афанасьевич,
  • наводчик – рядовой Дагаев Николай Гаврилович,
  • заряжающий – ефрейтор Ибрагимов Турдыбай.

В этой же батарее из пяти самоходок командирами орудий тоже были Колины друзья по училищу, по 32/10 учебному взводу:

  • Галицкий Пётр Андреевич,
  • Ольховик Иван Алексеевич,
  • Липкин Владимир Ильич,
  • Левин Мартын Львович.

23 января 1944 года эшелон с самоходками отправился на Западный фронт. В пути у бывших курсантов были учебные занятия по системе связи, проводились комсомольские собрания. Николай был комсоргом четвёртой батареи, а его друг по учебному взводу Владимир Липкин был выбран зам. комсорга полка. В тетради с протоколами комсомольских собраний можно прочитать, как предполагалось выпускать боевые листки, вести разъяснительную работу, читать вслух газеты и литературу.

С фронта Коля написал три письма домой. В одном из них он намекал, что находится в городе, где до войны учился отец. Мама догадалась, что сын – в районе Смоленска. Действительно, эшелон разгрузился 31 января 1944 года на станции Рудня, недалеко от Смоленска.

На фронт, на запад, на врага.

В это время войска Западного фронта вместе с Калининским и Прибалтийским разворачивали там большую наступательную операцию с целью освобождения Витебска, выхода к Западной Двине. Самоходные установки были очень нужны на участке фронта 33-й армии для борьбы с окопавшейся там немецкой 3-й танковой армией. Прибывший 735 самоходный полк в составе 21 самоходного орудия был передан в распоряжение 36 стрелкового корпуса. Самоходки двинулись маршем на запад к линии фронта.

Укреплённый оборонительный рубеж на реке Лучёса.

7 февраля 1944 года полк прибыл к деревне Старинцы на восточном берегу реки Лучёсы примерно в 12 км от Витебска. Немцы оборонялись на западном берегу Лучёсы, закрепившись в опорных пунктах в деревнях Павлюченки, Бондино-Мосино, Фёдоровка-Волосово; на восточном берегу у них был хорошо укреплённый плацдарм у деревни Новики.
На переднем крае обороняющегося противника были откопаны траншеи полного профиля с открытыми пулемётными площадками. На высотах, господствующих над прилегающей местностью – пулемётные ДЗОТы. На передней линии и в небольшой глубине – большое количество замаскированных орудий противотанковой обороны (ПТО).
Опорный пункт Новики в свою очередь состоял из нескольких очагов сопротивления: кладбище, школа, отметка 167, центр «Новики».
Овраги и лощины простреливались пулемётным и миномётным огнём.
Все подступы к линии обороны были пристреляны артиллерией. Немцы сосредоточили здесь большое количество артиллерии крупного калибра, метательные аппараты, дивизион шестиствольных миномётов. В Новиках находилась батарея ПТО, четыре хорошо замаскированных самоходных орудия. Одни самоходные орудия немцы ставили в засаду, а остальные орудия держали в глубине и использовали, как маневренные противотанковые средства.
Местность в излучине реки Лучёса с крутыми восточными берегами и болотистыми западными была более удобна для обороняющихся, чем для наступающих.
Февраль 1944 года выдался тёплым, была оттепель, часто шёл дождь. Дороги стали труднопроходимыми, а в низменных местах – и вовсе непроходимыми. (из ЖБД 735 САП, ЖБД 43 Гв ТБр)*

Начало боёв.

Полк получил задачу совместно с 43 гвардейской танковой бригадой (43й Гв ТБр) и 215 стрелковой дивизией (215-я СД) овладеть деревней Новики, форсировать реку Лучёсу, перерезать железную дорогу Витебск – Орша, в дальнейшем выйти к реке Западная Двина в районе южной окраины г. Витебск.
7 февраля полк по приказу командира 215 СД сосредоточился в лесу на 800 метров западнее д. Старинцы. 7-го и 8-го февраля немецкая авиация наносила массированные бомбовые удары по самоходкам и танкам, сосредоточившимся под прикрытием деревьев. «В течение дня артиллерия всех калибров и минометы производили интенсивные огневые налёты. В течение ночи вёлся методический артиллерийско-миномётный огонь. Авиация противника группами 15-20 самолётов Ю-87 бомбила боевые порядки наших частей. Сбит один самолёт Ю-87.» (ЖБД 43 Гв ТБр). В 735 САП были убитые и раненые, от прямого попадания сгорела одна СУ-76.
Сапёры первой штурмовой инженерно-сапёрной Смоленской бригады ночью возводили переправу через реку Лучёса. Переправа разрушалась немецкой артиллерией, затем её снова возводили. Под прикрытием огня 735 САП танки и пехотинцы переправлялись на западный берег реки в район Бондино-Мосино, Фёдоровка-Волосово.

Первый бой. 9 февраля.

9 февраля в свой первый бой вступили 1-я и 3-я батареи; они вели огонь по Новикам и Бондино-Мосино, поддерживая наступление пехоты 215 стрелковой дивизии. Вражеским орудиям удалось сжечь 4 самоходки 735-го полка и подбить 1 самоходное орудие. В строю осталось 13 СУ-76. Из командиров самоходок 1 погиб и 3-е были ранены.
При переправе были десятки убитых и раненых бойцов 215 СД; затонуло несколько танков. Необходимо было ликвидировать вражеский плацдарм.

Бой с применением тактики «кочующего орудия».

На следующий день командир 735 САП решил применить тактику «кочующего орудия»: САУ наносила удары по заранее разведанным целям и меняла местоположение в течение 3-х – 5-ти минут, чтобы не быть накрытой ответным огнём противника. Использовалась также тактика стрельбы «короткими уколами» с отводом за укрытие задним ходом и сменой позиции.
Такая тактика дала результат: 2 вражеских самоходки типа «Фердинанд» и 2 танка «Тигр», курсирующие по Новикам, огонь прекратили и отошли в укрытие. Самоходки 735-го САП повреждений не получили (из ЖБД 735 САП).

Бои на плацдарме Новики 11-12 февраля.

На следующий день 11.02.1944 г. были получены приказы: продолжать наступление, опрокинуть противника, переправиться через реку Лучёса
2-й и 4-й батареям 735 САП, поддерживать наступление 215 СД.
Переправу несколько раз разрушала немецкая артиллерия. Несмотря на полученный урон, противник продолжал прочно удерживать рубеж, методическими массированными артиллерийско-миномётными налётами мешал продвижению наших наступающих частей. Самоходные орудия типа «Фердинанд» курсировали по д. Новики и вели огонь прямой наводкой. Пулемётная стрельба велась из районов Бондино-Мосино. Кладбища Бондино-Мосино, Новики, школа Новики, высота 167. Стрелковые части не могли продвигаться из-за огня с плацдарма.
(на основе ЖБД 735 САП).
Тогда приказом командующего БТ и МВ 33-й армии 12.02.1944 г. была поставлена следующая задача: 735-му САП поддержать атаку 43-й гвардейской танковой бригады и 1313 стрелкового полка 173 стрелковой дивизии с целью – любой ценой овладеть деревней Новики.

Экипажи 2-й и 4-й батареи выходят в свой первый бой.

В бой вышли 13 уцелевших самоходных установок полка. Это были экипажи 2-й и 4-й батареи и оставшиеся от предыдущих боёв машины 1-й и 3-й батареи. Все командиры самоходок – младшие лейтенанты, выпускники 2-го РАУ 1943 года, большинство – друзья из одного учебного взвода училища; в основном 19-ти летние ребята; с ними были и старшие по званию – командиры батарей.
В 16:00 12.02.1944 г. рота танков, выстроившись в линию, и самоходки на расстоянии 200 – 300 метров за танками, вышли в атаку, охватывая Новики с севера и северо-востока. САУ поддерживали атаку огнём с коротких остановок. Ворвавшись в Новики, они сходу заняли опорный пункт – школа и северную часть деревни. Наступая в южном направлении, уничтожали ожившие огневые точки противника и вышли к северо-западным скатам высоты 167. Самоходки сосредоточили по высоте сильный орудийный огонь. Пехота 1313 СП в атаку вышла из леса восточнее деревни. Войска противника, сосредоточившись на танках и самоходках, были отвлечены. Это дало возможность пехоте ворваться в Новики в районе школы, выйти на западную окраину деревни, занять высоту 167 и отдельной группой пробраться к опорному пункту – кладбище западнее деревни.
(на основе ЖБД 43-й Гв ТБр).
Для немцев потеря плацдарма Новики означала угрозу прорыва линии обороны Витебска. Его ликвидация давала возможность советским частям развивать наступление на западном берегу реки Лучёса. Удержать этот плацдарм немецкое командование стремилось любой ценой.

Трагическая гибель выпускников 2-го РАУ – бойцов 735 САП, 12 – 13 февраля.

В ночь с 12 на 13 февраля, с наступлением темноты противник из глубины своих позиций подтянул пехоту, самоходные орудия, танки, и в 3:00 контратакой выбил наши части из Бондино-Мосино на западном берегу. В деревне Новики сильным артиллерийским, миномётным и пулемётным огнем пехота была отсечена от танков. Подошедшими свежими немецкими частями был открыт огонь из всех средств ПТО, самоходных орудий.
Из самоходных установок 735 полка – 12 было сожжено, а одна подбита. А в 43-й Гв Тб сгоревшими и подбитыми оказались 9 танков.
Немцам удалось занять западную окраину деревни Новики, кладбище, школу, несколько домов на северной окраине.
Из этого боя не вернулось 7 бывших курсантов 2-го РАУ – командиров СУ, несколько старших офицеров и рядовых членов экипажей, многие были тяжело ранены.
Из 21-го командиров СУ младших лейтенантов, бывших друзей-курсантов в строю осталось только трое, Николай Лашков среди них. На поле боя у деревни Новики остались сгоревшие самоходки и танки. Многие командиры и члены экипажей впоследствии были объявлены пропавшими без вести.
Из них – друзья Николая из четвёртой батареи:

  • Сергеев Илья Павлович – командир батареи;
  • Галицкий Пётр Андреевич;
  • Липкин Владимир Ильич;
  • Ольховик Иван Александрович;
  • Левин Мартын Львович;
  • Иванкин Александр Васильевич;
  • Милявский Зуся Елович;
  • Шустиков Дмитрий Кириллович

Последнее письмо.

Остатки 735 полка 13 февраля 1944 года были передислоцированы, выведены на позиции к лесу около деревни Сверчки. Там они приступили к приёму исправных самоходок от 722 САП и восстановлению подбитых машин.
Все последующие дни 14, 15, 16 февраля танки и пехота пытались переправляться через реку Лучёса. Противник всё время бомбил и обстреливал переправу, танки тонули, инженерный полк упорно продолжал её наводить то паромами, то понтонным мостом.
20 февраля 735 полк снова пошёл в наступление с пехотинцами 618 СП и танками. Надо было выбить немецкие части из их последнего опорного пункта – кладбища Новики и поддержать наступление за рекой огнём самоходок.
Перед этим боем Николай написал своё последнее письмо домой. Там есть такие слова:

«В атаке 11.02 все мои друзья погибли.
Есть надежда и мне…
Завтра иду снова в бой…»

Написано письмо было химическим карандашом на небольшом листке в линейку. На таких же листках написаны боевые донесения, хранящиеся в архиве. В конце письма он перечисляет всех, кому хотел бы передать привет: и бабушку, и сестрёнок, и одноклассницу Софью. Маме он написал: «Прощай, твой сын, Николай».

Бой 20 февраля.

Вот как описан этот бой в ЖБД 43 Гв ТБр: «Танкисты несколько раз врывались в район излучины реки западнее деревни Новики. Танки Т-34 утюжили окопы, блиндажи, уничтожая огнём и гусеницами живую силу противника.» С 19:00 20 февраля и до утра танки находились в районе домов западнее деревни, всё время курсируя, прикрывали действия друг друга пулемётным огнём. 735 полк также участвовал в этом бою, подкрепившись бойцами и боевыми машинами 722 САП.
Таков был ответ за гибель товарищей.

Бои за Бондино-Мосино. 2-3 марта.

В конце февраля (по боевым донесениям – 29.02.1944 года) наши части прочно удерживали рубеж, проходящий по северо-восточной окраине Бондино-Мосино на западном берегу реки Лучёсы, и всю деревню Новики, исключая кладбище, – на восточном берегу.
Немцы несколько раз пытались атаковать. Так 29 февраля они выступили отрядами по 40 – 50 человек из лощины, южнее кладбища Новики. Бойцы 215 стрелковой дивизии отразили эти атаки. Господствующая высота была уже у наших войск.
Со 2-го марта немцы усилили пулемётный и артиллерийско-миномётный огонь по переднему краю и подходам к нему.
Нашим командованием было решено снова начать наступление с прежней целью: выйти на железную дорогу ВитебскОрша.
В ночь на 2.03.1944 г. полк в составе 9-ти СУ-76 переправился на западный берег р. Лучёса и сосредоточился в укрытии юго-западнее Кирп. До наступления рассвета боевые машины были рассредоточены и замаскированы от наземного и воздушного наблюдения. В 6:00 командиры батарей и командир стрелкового полка 1231 собрались для уточнения вопросов взаимодействия с пехотой и артиллерией.

В 11:00 во время артподготовки самоходные пушки полка, пользуясь тем, что передний край обороны противника находился в дыму от разрывов, вплотную подошли к боевым порядкам пехоты и стали в укрытие, ожидая конца артподготовки. Одновременно в атаку пошли танки справа в направлении «Павлюченки». За две минуты до конца артподготовки СУ-76 полка вышли из-за укрытия и открыли огонь по переднему краю обороны противника. Под прикрытием огня наших пушек пехота продвинулась вперёд на 200-300 метров и залегла. Её дальнейшему продвижению помешал сильный пулемётный огонь противника.
Самоходные пушки полка вышли из-за укрытия боевым порядком «линия», остановились в 100 – 150 метрах от нашей пехоты и открыли огонь прямой наводкой по огневым точкам противника на опорном пункте кладбище Бондино-Мосино, в селе Фёдоровка-Волосово. С переносом огня полевой артиллерии в глубину обороны эти точки ожили и мешали продвижению нашей пехоты.
Произведя 10 – 15 выстрелов самоходные установки отходили в укрытие, меняли позицию и снова стреляли по обнаруженным разведкой целям. Командиры орудий выводили свои боевые машины на прямую наводку и расстреливали эти огневые точки противника.

В 13:00 снова началось наступление на укреплённый пункт – кладбище Бондино-Мосино. Было решено, что самоходные пушки полка открывают огонь прямой наводкой по пулемётным гнёздам. Полевая артиллерия откроет огонь по противотанковым орудиям противника. В этот момент пехота пойдёт на сближение с противником.
В процессе боя артиллерия не подавила огонь противника, так что СУ 735 полка пришлось вести огонь не только по пулемётным точкам, но и по противотанковым ружьям, орудиям и другим средствам. Оставшиеся пулемётные гнёзда снова и снова не давали подняться нашей пехоте.

В 16:00 наступление началось в третий раз за день. Самоходки прямой наводкой с короткой дистанции расстреливали огневые точки противника. Было уничтожено 12 пулемётных гнёзд, 3 противотанковых ружья, 3 противотанковых орудия, 3 отдельных миномёта, разрушено 6 блиндажей, и уничтожено до 60-ти солдат пехоты противника. Полк израсходовал за день боя 90% боекомплекта.
Пополнение боеприпасами производилось ночью взводом боепитания полка. Транспортные машины подвозили снаряды к боевым машинам, которые стояли в лощине в 200-х метров от нашей пехоты.
3 марта бои продолжались. Били прямой наводкой по уже известным разведанным целям. За каждой машиной СУ-76 были закреплены определённые вражеские точки противника. Самоходки под сильным огнём, маневрируя на поле боя, расстреливали цели с короткой дистанции прямой наводкой. Одно из самоходных орудий дважды загоралось, оба раза младший лейтенант Демчев со своим расчётом гасил пламя и снова шёл в бой. Экипаж продолжал вести бой и после того, как орудие было подбито.
За этот бой командиры СУ-76 – Демчев Александр Иванович – 26 лет, Корольков Михаил Иванович – 21 год, Лашков Николай Иванович – 19 лет, Леонович Иосиф Ануфриевич – 30 лет и Торговцев Леонид Антонович – 19 лет, были представлены к награде.
Для Николая это сражение было последнее, что он смог сделать для Родины и своих полковых товарищей. В бою 3-го марта он был ранен в голову, доставлен в походно-полевой госпиталь в деревне Ольховик недалеко от города Лиозно. Он прожил ещё 27 дней.

Память героям.

На окраине города Лиозно в Белоруссии есть мемориальное кладбище – Адаменки. Каждый год 9-го мая туда приезжают из многих городов бывшего СССР родственники погибших солдат. В местном музее им расскажут о боях, покажут фотографии воинов, составляющие «Бессмертный полк». Ученики школы №1, следопыты из школьного музея Боевой славы несут у захоронения и мемориала караул; так там заведено ещё с открытия в 1984 году. И мы весной тоже поедем к Коле.
Жаль только, что Колины друзья по училищу – однополчане 735 САП до сих пор считаются «пропавшими без вести».

Открытие мемориала на плацдарме Новики

В излучине реки Лучеса у дороги, ведущей в деревню Новики Витебской области, 3 июля 2017 года был открыт мемориал в память о погибших здесь в боях в феврале-марте 1944 года бойцах и комадирах 735 Самоходного Артиллерийского Полка, 215 Стрелковой Дивизии, 43 Гвардейской Танковой Бригады, 371 Стрелковой Дивизии, 26 Танковой Бригады.

Три гранитных камня стоят на месте бывшего опорного пункта “Школа Новики” – одного из укрепленных пунктов противника на плацдарме Новики. На плитах высечено изображение самоходки СУ-76 и фамилии бойцов 735 САП, погибших, смертельно раненых, пропавших без вести в боях за этот плацдарм, который был частью фашистских укреплений “Восточный вал”. Плацдарм был взят, но от 735 Самоходно-артиллерийского полка, только что сформированного из выпускников училища, не осталось почти ничего. Молодые ребята остались в этой земле, и уже другие, следующие за ними, смогли с отвоеванного плацдарма оттеснить врага и продвинуться далеко на Запад летом 1944 года.

Установить имена воинов, погибших здесь, названия воевавших частей, узнать о ходе боев позволило изучение архивных документов: Журналов Боевых Действий, карт, Отчетов о боевых действиях, Книги Приказов и Книги Погребения 735 САП, 43 Гв ТБ, 33 Армии. Работа по установлению имен бойцов стрелковых дивизий, танковой бригады продолжается.

Места боев у реки Лучесы и раньше посещались поисковыми отрядами и родственниками погибших. Если удавалось застать дома местных старожилов, то можно было узнать: где был мост, по которому немцы переправляли технику, где после отступления были брошены подбитые танки “Тигр”, где стояли сгоревшие самоходки. В этих краях чтят память о войне. Местные жители сказали: “Ну вот, наконец, и о нас вспомнили”.

Под теплым летним дождём в день Независимости Белоруссии у мемориала собрались местные жители, дачники с детьми, приехавшие издалека родственники воинов, сотрудники местного Шапечинского сельсовета во главе с председателем, школьники из поселка Замосточье (735 САП учавствовал в освобождении станции Замосточье в июне 1944 года), Витебские поисковики, работники музея, библиотеки. Были цветы, стихи, рисунки… Немногочисленные родственники – дети сестер погибших ребят-самоходчиков, рассказали грустные истории о жизни семей в военные и послевоенные годы, о поиске пропавших без вести длиною в 70 лет.

Все сфотографировались на память. Дети получили пряники, взрослые – книгу о боях и погибших на этой земле ребятах. Корреспондент местной газеты беседовала с бабушками, которые еще девочками были здесь в войну.

Архивными исследованиями занималась племянница командира Су-76 Лашкова Николая Ивановича – Фролова Марина Валентиновна.
Книгу о боях на плацдарме Новики и гибели 735 САП подготовили и выпустили Фролова М.В., Сидоров Д.В. – арт студия “Семейная хроника”.
Организацией работ по созданию мемориала занимался Драбцов Святослав Владимирович — председатель Шапечинского сельсовета.
Гранитный камень предоставил Скиндеров Леонид Васильевич.
Мемориальные плиты предоставила Фролова М.В.
Процедуру открытия подготовил Драбцов Святослав Владимирович и Каргаева Галина.
Фотосьемку открытия Мемориала и мест боев произвёл Сидоров Д.В., АРТ Студия “Семейная хроника”.

материалы

Ф 4354 О 126273 Д 1,6
ЖБД 43-й Гв ТБр
Ф 388 (33 армия) О 8723 Д 35

Источник

Река лучеса 1944 год

Бой в долине реки Лучесы севернее Белого

В долине реки Лучесы русские начали свое наступление 25 ноября и добились прорыва на участке 86-й дивизии. Положение было неясным. До Гривы (19 км юго-западнее Оленина) стояла боевая группа Линдеманна 110-й дивизии. Затем фронт поворачивал на восток, где стояли еще части 110-й дивизии. По направлению к следующим опорным пунктам 86-й дивизии у Карской и Малиновки зияла 4-километровая брешь. Она открывала противнику беспрепятственное продвижение на восток. II-й батальон пехотинцев из дивизии «Великая Германия», поднятый по тревоге вечером 25 ноября, следовал по маршруту к долине Лучесы и в 5 км восточнее старого переднего края обороны в районе Тархово-Старухи нанес по врагу удар.

27 ноября неприятель бросил свои танки на отдельно стоящий II-и батальон, оказавший упорное сопротивление. Поспешившая на это поле боя I-я штурмовая саперная рота «Великой Германии» атаковала в юго-западном направлении, сузила брешь (Старухи-Ладыжино) к 86-й дивизии и удерживала свою позицию в жестоком ближнем бою против далеко превосходящих сил противника и 25 танков.

Находящаяся в марш-броске к долине Лучесы, вновь созданная боевая группа Келлера получила от командования дивизии «Великая Германия» трудное задание: предотвратить дальнейшее продвижение на восток больших сил противника и восстановить связь с 86-й дивизией. 29 ноября группа прибыла на место в тот момент, когда вражеские танки пошли на II-й пехотный батальон. Часть из них прорвалась сквозь тонкую линию обороны и начала обстрел сзади позиции. Но батальон держался. I-й пехотный батальон и некоторые имеющиеся в наличии 50-мм противотанковые орудия принесли некоторое облегчение, хотя эти орудия едва ли могли причинить серьезный вред Т-34 и КВ-1. Многие из них были раздавлены. Благодаря 88-мм зенитным орудиям, артиллерии и средствам ближнего боя удалось вывести из строя 15 вражеских танков. В полдень вражеские танки прорвались через северный опорный пункт 86-й дивизии — Карскую и, не встретив сопротивления, устремились на восток и север.

Чрезвычайно тяжелые бои выдерживали подразделения дивизии «Великая Германия» против численно далеко превосходящего, технически хорошо оснащенного противника. Напротив Старух прорвались 40 русских танков. Боевая группа Варшауера (I-й и II-й штурмовые саперные батальоны) в жестокой борьбе ликвидировала этот прорыв, понеся при этом большие потери. Такие же ожесточенные, требующие обильных жертв ближние бои выдержал II-й пехотный батальон. Ему пришлось сражаться не в полном составе: часть своих солдат он отдал для усиления другого участка.

Невозможно выразить словами то, что пришлось перенести в холод и снег сражающимся на переднем крае пехотинцу, саперу, артиллеристу и находящемуся впереди наблюдателю. Чтобы хотя бы немного заполнить образовавшиеся бреши, после «кампании чистки» из обозов и подразделений обеспечения были созданы временные боевые формирования и введены в бой. I-й батальон пехотинцев отправлен на восток, чтобы преградить врагу путь к дороге снабжения Белый-Оленино.

После атак и огневых ударов утром 30 ноября противник вновь пошел в наступление. Атака следовала за атакой, за прорывом обороны следовал контрудар. Так, в одной особенно удачной атаке штурмующие саперы под командованием обер-лейтенанта Варшауера снова взяли Борогодицкое. Повсюду атаки! Кризисное время! I-й пехотный батальон был блокирован в Смолькове и с трудом смог пробиться в Гороватку. Подчиненный 86-й дивизии III-й батальон 216-й дивизии потерял всех офицеров, но продолжал сражаться. Путь на восток был снова свободен для русских. Из 110-й и 253-й дивизий спешили подкрепления пехоты, артиллерии и противотанкового оружия.

И затем наступило 1 декабря, которому суждено было стать для дивизии «Великая Германия» самым тяжелым днем в этом районе боев. С рассветом три русские дивизии после особенно сильной огневой подготовки начали наступление по всему фронту восточнее от Гривы на юго-восток (Богородицкое-Большое Борятино). I-й батальон 252-го полка 110-й дивизии прибыл на место и южнее 1-го пехотного батальона занял линию в восточном направлении: Короневка-Голышкино-Большое Борятино. Русские атаки были направлены: в 7.00 — на Большое Борятино, в 8.30 — на Богородицкое и на восток, в это же время на Гороватку и в 10.00 — на Богородицкое. В 15.00 там последовали еще две атаки. Русские добились прорыва обороны и пошли вперед, хотя вражеские танки и были уничтожены противотанковыми орудиями. В ходе ближних боев, в которых особенно отличился майор Лоренц со своими саперами, остановить врага не смогли. Погода тоже была не на нашей стороне. Снежные метели поглотили почти все вокруг и препятствовали введению в бой столь необходимых для успеха бомбардировщиков.

XXIII-й корпус отправил в качестве подкрепления в долину Лучесы II-й батальон 473-го полка 253-й дивизии (только 5 офицеров, 127 унтер-офицеров и рядовых) и 10-й дивизион 4-го зенитного полка. Из района Белого сюда поспешил дивизион самоходных орудий дивизии «Великая Германия». На участке полковника Келлера, командира пехотного полка «Великая Германия», русские добились нескольких вклинений в оборону. Прорвались даже отдельные танки на Гороватку и на небольшой холм позади нее. Здесь были командный пункт полковника Келлера. Этот испытанный в различных ситуациях и во многих боях чрезвычайно надежный командир пал здесь, смертельно пораженный осколком мины. Но его пехотинцы продолжали стойко сражаться, хотя несли ужасные потери. Передний край состоял только из отдельных пулеметных гнезд. Оказывая сильнейшее сопротивление, немецкий фронт, тем не менее, был отнесен назад.

И вновь «прочесаны» обозы и вследствие этого подразделения отданы I-му пехотному батальону. Майор Лоренц взял на себя командование пехотным полком и личным примером, а также смелым, умным и осмотрительным руководством создал в нем атмосферу стойкого психологического равновесия, которое было резко нарушено смертью всеми почитаемого командира. 4 самоходные орудия, прибывшие из района Белого, придали бойцам уверенность в завтрашнем дне. Еще ночью командование дивизии «Великая Германия» приказало войскам занять одну укороченную линию обороны, которая протянулась от Гривы в общем восточном, затем юго-восточном направлении и южнее Новой Боярщины упиралась в 86-ю дивизию.

Наступило серое утро 2 декабря и уже в 7.00 возобновились русские атаки. Танки пошли против II-го пехотного батальона в направлении Белого. Далее восточнее они. нацелились на Кузовлево против саперов и 1-го пехотного батальона. Отчаянно оборонялись слабые опорные пункты под безжалостным минометным огнем. Храброе сопротивление не помогло, отдельные вражеские танки с сидящей на них пехотой все же прорвались. I-й пехотный батальон был блокирован в Кузовлеве, защищался с яростным упорством до тех пор, пока контратака, поднятая вечером майором Лоренцом, не выбила врага. Южнее Лучесы скопились большие вражеские силы, а также танки, чтобы в 9.00 нанести удар против 1-го батальона 252-го полка и добиться прорыва на восток. В ожесточенном ближнем бою противник оттеснил батальон к Худулихе. Мины рвались уже в 2 км от дороги Белый-Оленино, крайне важной для обеспечения стоящих южнее сил.

Сильно ослабленные из-за тяжелых потерь войска, вследствие постоянного боевого напряжения, холодов и снежных метелей, караульной и рабочей службы были совершенно измотаны, утомлены и чрезмерно требовательны. Резервы отсутствовали, их негде было взять.

Борьба в долине Лучесы продолжалась. 3 декабря русские вновь мощно атаковали и смогли добиться некоторого успеха. Группа Линдеманна 110-й дивизии должна была ослабить мощный вражеский напор. Она сражалась на линии Корниловка-Малая Ивановка — пункт 249,1, где получила в подкрепление II-й пехотный батальон (Пызино-Лонов). Такой же жестокий бой состоялся в районе Кузовлева. Средства противотанковой обороны и танки уничтожили в ближнем бою 13 из 14 вражеских танков. Натиск русских в районе Худулихи против 1-го батальона 252-го полка закончился кровавым провалом.

Повсюду вражеская авиация вмешивалась в бой. Но немецкие летчики были тоже очень активны и 4 декабря добились успеха в борьбе против вражеских войск, занявших исходное положение.

Среди прибывших немецких подкреплений находилась боевая группа генерала Прауна, переброшенная из района боевых действий под Сычевкой. 4 декабря последовала посадка группы Беккера, командира 18-го пехотного полка, на станции Осуга, частично — на станции Папино: Осуга находилась под сильным вражеским обстрелом. Генерал Праун предоставил в распоряжение 18-го полка, имеющего здесь только II-й батальон, следующие подразделения: 2-й мотоциклетный батальон (капитан Петри) 2-й танковой дивизии (вместо него в районе Осуги остался I-й батальон 18-го полка), затем 3 танка и 2 самоходных орудия. Артиллерийскую огневую поддержку взял на себя 2-й дивизион артиллерийского полка дивизии «Великая Германия». Боевая группа Беккера должна была, атакуя стоящего западнее Кострицы врага, располагающего танками, отбросить его на запад от дороги Белый-Оленино. К атаке присоединились стоявшая здесь в обороне войсковая часть и 252-й полк 110-й дивизии.

В воскресенье, 6 декабря, пехотинцы 18-го полка доставлены в Кострицы на грузовиках дивизии «Великая Германия». В 4 часа заняли исходное положение. Атака, рассчитанная на внезапность нападения, должна была произойти без артиллерийской подготовки. Но на беду неосторожное поведение стоявшей здесь войсковой части заметил неприятель. Последовал минометный обстрел. Возникли ненужные потери. По радио противник передавал: «В Худилихе небольшая вражеская группа». Таким образом, исходное положение для наступления осталось для противника тайной. В одном маленьком блиндаже тесно разместились генерал Праун с адьютантом и переводчиком, штабы 18-го и 252-го полков, штаб 1-го батальона 252-го полка и артиллерийское объединенное командование.

Стрелки на мотоциклах, предназначенные для охвата противника слева, медленно и с трудом просачивались сквозь «дремучий лес». Шло время, от них не поступало никаких сообщений. Тогда генерал Праун дал разрешение на выступление II-го батальона 18-го полка. В военном дневнике 18-го полка сообщалось: «В то время, когда батальонный командный пункт должен был переменить позицию, опытный командир батальона обер-лейтенант Ветер получил смертельное ранение осколком. Командование батальоном принял командир 6-й роты обер-лейтенант Хельвег. Противник упрямо отбивается в оборудованных полевых укреплениях. Гнездо за гнездом он должен был быть уничтожен штурмовыми группами. Как только батальон достиг первых домов в Новой Боярщине, начали прибывать стрелки — мотоциклисты. Противник на опушке леса южнее деревни однако был так силен, что мотоциклисты не смогли планомерно придти на помощь II-му батальону. В этот момент на батальон, находящийся в деревне, последовала вражеская танковая атака. Она была отбита начавшими совместное наступление немецкими танками и самоходными орудиями. Враг начал слабеть и был отброшен из деревни на юго-восток. Полковой приказ гласил: «II-й батальон пробивается дальше и занимает Голышкино». Батальон, под командованием Хельвега, атаковал Голышкино… В это же время 7-я рота лейтенанта Фезе с единственным самоходным орудием нанесла удар по Большому Борятину. Русские передали по радио: «Враг подвел танки, мы просим помощи танками». Ответ: «Положение вы знаете, отбивайтесь своими силами». На обеих улицах деревни вспыхивали один вражеский танк за другим. Немецкие танки и самоходные орудия израсходовали все свои снаряды. Только у одного танка остался единственный бронебойный снаряд. С этим танком и поспешно собранными частями обер-лейтенант Хельвег двинулся на Голышкино. Гора у Голышкина кипела сотнями русских. Один Т-34 вышел с того места, где стояла деревня (ее уже больше не существовало), поднялся на высоту и атаковал батальон. К счастью, последним бронебойным снарядом его подбили.

«Хельвег сознает, что ночью оборона полностью открытой высоты у Голышкина исключена, тем более что соседи справа и слева еще не подошли. С согласия командира полка он отошел на окраину леса. К обороне готовятся: слева — I-й батальон-252-го полка, в середине — II-й батальон, слева — II-й мотоциклетный батальон. Стрелки-мотоциклисты должны отогнуть назад свое левое крыло и особенно внимательно оборонять свой фланг, поскольку следующее немецкое подразделение находится от него на расстоянии 15 км. Успех дня велик. Обе дороги казались частью распаханного поля — картина, типичная для отступления. 19 вражеских танков, 18 грузовиков, 14 противотанковых орудий, 2 танкетки, 5 тяжелых пулеметов и большое число личного огнестрельного оружия или уничтожены или захвачены. Эта контратака помешала дальнейшему продвижению противника и отбросила его на расстояние 6 км от дороги Белый-Оленино. Кроме 20 пленных враг потерял 350 убитыми. Собственные потери составляли 9 убитых и 41 раненый, что означало выход из боя целой крепкой роты».

«Самое тяжелое теперь — оборудовать оборону. На переднем крае не только деревня, но и глубоко заснеженный зимний лес. Он предоставил солдатам возможность укрыться и согреться. Сильный холод, земля замерзла. Хотя войско очень переутомлено, но из-за опасности замерзания никто не мог спать. Лихорадочно работая, построили снежные «хижины». Огонь разжигать не стали — маскировка. Большой шанцевый инструмент отсутствовал, короткие саперные лопатки чрезвычайно затруднили дело. Несмотря на это, настроение было отличным: за короткое время полк уже во второй раз достигает результата». Об этом говорилось в военном дневнике 18-го полка.

На следующий день (7 декабря) в 6.30 противник перешел в наступление на II-й батальон и стрелков-мотоциклистов. Атака была отражена. Русская радиограмма: «Почему не можете удержать? Вчера же пришел новый хозяин. Он еще не работает с вами?» Ответ: «Хозяйничанье еще не полное». Новый приказ: «Сообщите ему, что я ему за это голову снесу».

Последовали дальнейшие атаки русских, несмотря на их большие потери. Деятельный артиллерийский дивизион дивизии «Великая Германия» и полевые орудия разбили вражеские исходные позиции. Начавшиеся севернее против дивизии «Великая Германия» русские танковые атаки были также отражены. Здесь, в долине Лучесы, дивизия «Великая Германия» уничтожила 120 танков противника. Натиск усиливался, наступательная сила русских была сломлена. Воздушная разведка установила движение с востока на запад русских моторизованных сил.

10 декабря в 16.45 генерал Праун вызвал по телефону полковника Беккера и передал ему ориентировку: «Новое положение. Штаб 18-го полка, подразделение полка и II-й батальон 18-го полка еще сегодня транспортируются на грузовиках «Великой Германии» для участия в бою в районе вторжения противника севернее Оленина к расположению 14-й моторизованной дивизии (генерал Краузе) и подчиняются ей». Началась спешка. Был приведен I-й батальон 18-го полка, до сих пор стоящий в районе Осуги. II-й мотоциклетно-стрелковый батальон поступил под командование 252-го пехотного полка (полковник Хух).

Но в долине Лучесы было еще неспокойно. Время от времени плотный артиллерийский огонь ложился на позиции. Штурмовые группы наносили удары, но все они были отражены. Отряды с усердием работали на строительстве позиций, чтобы защититься от холода и вражеского обстрела. Когда во второй половине декабря присоединившиеся к 12-й танковой дивизии боевая группа Хэртвига 20-й танковой дивизии, а также боевая группа Казница, стрелковый полк «Великая Германия» достигли долины Лучесы, они провели несколько атак для захвата необходимой линии обороны. В ожесточенных боях 21, 30 и 31 декабря поставленная цель была достигнута.

Источник

Лучоса

Лучо́са (ранее — Лучёса) — река в Лиозненском и Витебском районах Витебской области. Левый приток Западной Двины. Впадает в Западную Двину на территории Витебска ( Карта Виз G Я ) .

В пределах города берега реки соединяет автомобильно-трамвайный мост Шмырёва. На берегах реки у деревень Бороники, Мяклово, Шапуры находятся археологические памятники — городища, селища и курганный могильник.

Содержание

  • 1 Описание
  • 2 Название
  • 3 Исторические события
    • 3.1 Описание 1852 года
    • 3.2 Великая Отечественная война
  • 4 Галерея
  • 5 Примечания
  • 6 Источники

Описание

Берёт начало из озера Зеленское (бел. Зелянское) [1] около деревни Бабиновичи в Лиозненском районе ( Карта Виз G Я ) . Длина — 90 км. Водосбор — 3510 [2] км² в пределах Лучосской низины. Водосбор изрезан речными долинами, ложбинами и котловинами. Долина реки трапецеидальная (400—600 м). Русло шириной 20—30 м, в низовье до 600 м.

Основные притоки: Черница, Суходровка, Оболянка, Ордышевка, Черничанка, Обручёвка, Ворле. На территории Витебского района в бассейне Лучосы расположены озёра Скрыдлево, Долгое, Замошье, Жуковское, Глушица, Домановское, Волосовское, Городно.

Название

Название Лучёса, как считают некоторые учёные, имеет балтийское происхождение на основании форманта -еса, при условии, что это исходная форма названия. Кроме того, возможна связь с литовским словом laukesa — «полевая».
Однако, неизвестно, исходная ли это форма названия. Других речных топонимов со значением основы «полевая» не зарегистрировано. Поэтому, наиболее вероятно, что название Лучёса является уменьшительным от слова лука, означающего излучину (изгиб) реки [3] .

Древнерусское луча, люча, лучь — radius, lux, luserna (ср. русс. лучить, лощить = лит. lùkštinti — сдирать шелуху, скорлупу = фин. lohkua, эст. lohkuma — разбивать, расщеплять; эст. lohk, lonke, фин. lohko = лучина, лучица, [4] .

Название Лучоса (принято в 1984) является белорусифицированным вариантом топонима Лучёса.

Исторические события

16 июня 1664 года войско польного гетмана Михаила Паца разгромили московские войска князя Ивана Хованского, который, отойдя от Витебска, необдуманно переправился через Лучосу. (так называемая «Битва под Витебском (1664)»)

15—16 июля 1812 года произошло Сражение при Лучесе. Арьергард русских войск во главе с графом Паленом дал бой наполеоновской армии.

С осени 1943 года до лета 1944 года в верховьях Лучосы шли тяжелые позиционные бои с немецкой армией.

Описание 1852 года

Течение реки Лучессы быстрое, в высоких крутых, песчаных и песчано-глинистых берегах; оба берега населены и довольно отработанны; в промежутках между деревнями по её берегам большею частью находятся леса. Весною ширина бывает от 7 до 15 сажень, глубина до двух и более саж.; в летнее время Лучесса так мелка, что её везде переходят вброд. По высоте и крутости берегов она не делает разливов. Во время полноводия, через Лучессу, в одной версте от устья на большой торговой дороге, идущей из города Витебска через место Островно ходит паром на канате, поднимающий тяжести до 200 пудов. Спуск и подъем на обоих берегах очень круты. Небольшие плоты на канатах имеются при фольварке Любашкове и господском дворе Селютах. По этой реке весной сплавляют дровяной лес в город Витебск [5]

Великая Отечественная война

С осени 1943 года до конца июня 1944 года вблизи Лучосы проходила линия фронта.
В феврале и марте 1944 года Западный фронт Красной армии провёл несколько масштабных попыток наступления, но каждый раз продвижение составляло только несколько километров.
Потери наших войск: 27 639 человек безвозвратные и 107 373 человек санитарные, общие потери за два месяца — 135 012 человек.
По итогам операции Западный фронт был реорганизован, командующий фронтом В. Д. Соколовский снят.
Форсировать Лучосу удалось только 23 июля в ходе Витебской операции (начального этапа операции «Багратион»).

Командир снайперского взвода младший лейтенант Георгий Ушков [6] . Дивизионная газета «За Родину»:

Тебя давно на карте я искал,
Полоска голубая среди леса —
Простая белорусская река
С красивым, строгим именем — Лучеса.
Мы на рассвете встали пред тобой.
Ты нас ждала, как может ждать невеста.
И мы вели здесь долгий, смертный бой,
Чтоб ты была свободною, Лучеса.
И в память тех, кто в росную траву
Упал, свой долг отдавши честно,
Я будущую дочку назову
Твоим прекрасным именем, Лучеса.

Источник

Бои в Белоруссии, зима 1943-44

Поводом к написанию этой статьи стало присланное мне по и-мэйлу письмо, в котором меня попросили рассказать о боях в Белоруссии в начале 1944 года, в которых пропал без вести дед человека, приславшего письмо. Как было написано — «в архивах его дальнейших следов не обнаруживалось — часть была расформирована, ту же информацию выслали родственникам его сослуживцев (пропал без вести по дороге в госпиталь). Попадали ли наши подразделения в то время в окружение в тех местах?»

Я постарался найти информацию о боях в Белоруссии в ту зиму, и оказалось, что в конце 1943 — начале 1944 там была одна из «незнаменитых» битв Второй Мировой, о которых мало написано, но в которых полегло немало сражавшихся…

К началу октября 1943 линия фронта установилась по Днепру — реке Сож (исключая Гомель) — реке Проня — Ленино — Красное — Рудня — Сураж — оз. Сенница — Новосокольники . Протяженность — около 750 км .

Там немецкой группе армий «Центр» на восточной границе Белоруссии противостояли четыре советских фронта — Калининский (3-я и 4-я ударные, 43-я и 39-я армии), Западный (31-я, 68-я, 10-я гвардейская, 21-я, 33-я, 49-я, 10-я армии), Брянский (50-я, 3-я, 11-я, 11-я гвардейская, 63-я армии), Центральный (48-я, 65-я, 61-я, 13-я армии). Всего 20 армий, но среди них ни одной танковой — все они были южнее, на Украине.

Этим четырем советским фронтам противостояли четыре немецкие армии — 3-я танковая и 4-я, 9-я, 2-я армии. (Следует заметить, что в немецкой 3-й танковой армии тогда вовсе не было танковых дивизий — только пять пехотных дивизий и четыре авиаполевых *, то есть это была самая слабая армия группы «Центр».)

Всего в группе армий «Центр» на линии фронта 4 октября 1943 было 43 пехотных дивизий, 7 танковых и танко-гренадерских (из них 17 дивизий считались kampfgruppe , то есть весьма ослабленными), а также 4 авиаполевых и 1 охранная дивизии, остатки 3 пехотных дивизий, бригада войск СС и кавалерийский полк — эти части практически не могли представлять боевой силы (артиллерии у них почти не было).

Советская Ставка Верховного Главнокомандования планировала, что к 10 октября 1943 будет взят Киев, после чего должно было начаться наступление Центрального фронта (20 октября переименован в Белорусский) с целью взятия Минска (директива Ставки ВГК № 30208 от 1 октября 1943) — расстояние 250- 300 км . В тот же день Западному фронту была поставлена задача взять Вильнюс400 км , а Калининскому фронту (20 октября переименован в 1-й Прибалтийский) взять Ригу400 км (директива Ставки ВГК № 30210). В этот же день (1 октября 1943) директивой Ставки ВГК № 30209 упразднен Брянский фронт — этим и последующими распоряжениями 3-я, 11-я, 50-я, 63-я армии передавались Центральному фронту, 11-я гвардейская армия — Калининскому (Прибалтийскому) фронту, которому переподчинялась также 6-я гвардейская армия.

6 октября 1943 Калининский фронт начал наступление в направлении Витебск, Полоцк, Двинск , Рига силами 3-й и 4-й ударных, 6-й и 11-й гвардейских, 43-й и 39-й армий. (Кривошеев дает численность сил фронта, задействованных в операции, в 198 тыс. — но это без учета 6-й гвардейской и 39-й армий.) Фронту противостояла немецкая 3-я танковая армия. Упорные бои шли там до конца декабря, 3-я ТА была усилена ослабленной танковой дивизией, одной танко-гренадерской , одной егерской, кроме пяти пехотных дивизий была одна охранная и три kampfgruppe , при этом от ее четырех авиаполевых дивизий почти ничего не осталось. Как пишет Типпельскирх :

«когда давление в районе Полоцка стало слишком сильным, командование группы армий ввело в бой единственное оставшееся резервное соединение — танковую дивизию численностью в 500 человек и 20 танков, благодаря чему удалось ослабить нажим противника.»

«История ВОВ»: «К концу декабря советские войска выдвинулись на рубеж южнее Пустошки — Дретунь и далее на юго-восток до Западной Двины и восточнее Витебска. Их попытки охватить Витебск с юга не увенчались успехом. Противник здесь прочно закрепился и оказывал упорное сопротивление. Фронт на витебском направлении стабилизировался.»

Максимальное продвижение составило до 75 км за 86 дней. По Кривошееву — потери советских войск в этой операции составили 43.551 безвозвратно и 125.351 санитарными — 85% от первоначального состава. По всей видимости, эти данные Кривошеева не полные — поскольку он не только не учитывает 6-ю гвардейскую и 39-ю армии Калининского (1-го Прибалтийского) фронта, но и 31-ю и 68-ю армии Западного фронта, также действовавшие южнее Витебска.

«История ВОВ»: «Одновременно с наступлением на витебском направлении проводилась наступательная операция Западного фронта на оршанском и могилевском направлениях. … Для прорыва обороны противника на оршанском направлении командование Западного фронта создало ударную группировку в составе 10-й гвардейской, 21-й и 33-й армий».

Эти три армии действовали на весьма узком участке фронта — до 45 км (а 15 октября 1943 Ставка ВГК директивой № 30225 распорядилась — «на фронте, ныне занимаемом 21-й и 33-й армиями (фронт 10 км ), оставить одну армию в составе восьми стрелковых дивизий.» )

В четырех наступательных операциях Западного фронта на оршанском направлении в октябре-декабре 1943 было потеряно убитыми 25.423 и ранеными 78.641 человек (по данным комиссии ГКО).

На гомельском направлении войска Центрального (Белорусского) фронта с середины октября к концу ноября 1943 оттеснили войска 9-й и 2-й немецких армий на глубину до 100 км на участке до 250 км фронта. 26 ноября 1943 был взят Гомель. При этом, как указывает «История ВОВ», немцы перебросили с участка Западного фронта две пехотные дивизии и бригаду СС.

Как отмечает Типпельскирх , советские войска нанесли удар сначала через Днепр и Сож , чтобы выйти к Речице , обойдя Гомель с юга. Гитлер запретил эвакуацию Гомеля, полагая, что его сдача отразится сильнее на престиже Германии, чем потеря Смоленска в сентябре 1943. В итоге 17 ноября с падением Речицы левый фланг немецкой 2-й армии был отрезан.

По Кривошееву в начале операции было задействовано 761.300 бойцов и командиров (да, цифра потрясающая, но так у Кривошеева), безвозвратные потери составили 21.650 , санитарные 66.556 человек в период с 10 по 30 ноября 1943.

Итого — как написано в «Истории ВОВ» — «задача, поставленная Ставкой Верховного Главнокомандования, в основном была выполнена. В ходе этого наступления враг понес тяжелые потери. С сентября по декабрь 1943 г . советские войска разгромили до 40 дивизий группы армий «Центр», в том числе 7 танковых и моторизованных.»

Правда, надо заметить, что Минск, Вильнюс и Рига были взяты только в следующем году. А в составе группы армий «Центр» 26 декабря 1943 на фронте оставалось 30 пехотных и 8 танковых и танко-гренадерских дивизий, а также 3 охранных, две венгерские дивизии и еще несколько небольших частей.

Примечательно, что немцы не разгадали стратегический замысел советской Ставки — они полагали, что «цель этих ударов, направления которых часто менялись, заключалась в том, чтобы глубоко охватить крылья группы армий «Центр» и прорывами с фронта охватить ее оборону. Наступлением на флангах русские стремились заставить немецкие войска распылить свои силы, наступление в направлении Могилева и Орши велось с целью перерезать исключительно важные коммуникации, проходившие параллельно линии фронта группы армий «Центр» и являвшиеся основными путями ее снабжения. Наряду с этим у противника, очевидно, было намерение сковать находившиеся здесь немецкие силы и не допустить переброски их на юг, где осуществлялись решающие операции русских войск.» — Типпельскирх . (Эту же ошибку немцы совершат и в следующем году, в результате чего будет разгромлена вся немецкая группа армий «Центр».)

Как признает Типпельскирх — ситуация была фатальной — «к концу года [1943] после ряда исключительно критических недель, в течение которых [немецкие] войска напрягали буквально последние силы, удалось организовать сносную оборону.»

Как написано в 4-м томе «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза»:

«на центральном участке советско-германского фронта, в полосе между Невелем и рекой Припятью, к началу 1944 г . действовали три наших фронта: 1-й Прибалтийский фронт — командующий генерал армии И.Х.Баграмян, член Военного совета генерал-лейтенант Д.С.Леонов, начальник штаба генерал-лейтенант В.В.Курасов — в составе 4-й ударной, 11-й гвардейской, 39, 43, 51 и 3-й воздушной армий действовал на витебском направлении. Западный фронт, командующим которым являлся генерал армии В.Д.Соколовский, членом Военного совета — генерал-лейтенант Л.З.Мехлис , начальником штаба — генерал-лейтенант А.П.Покровский, был развернут на оршанском направлении. В его состав входили 5, 10, 31, 33, 49 и 1-я воздушная армии. Белорусский фронт, включавший 3,48, 50, 61, 63, 65 и 16-ю воздушную армии, действовал на бобруйском направлении. Фронтом командовал генерал армии К.К.Рокоссовский, членом Военного совета был генерал-лейтенант К.Ф.Телегин, начальником штаба — генерал-полковник М.С.Малинин.»

Этим трем советским фронтам (16 общевойсковых армий) по-прежнему противостояли четыре немецкие армии — 3-я танковая и 4-я, 9-я, 2-я армии. Согласно советским данным, в группе армий «Центр» было 63 дивизии, в том числе 6 танковых и 3 моторизованных, и 1 бригада.

Типпельскирх пишет, что там было 46 дивизий, укомплектованных в среднем на 50%, и кроме того часть этих сил передавалась соседям. Он указывает, что фронт группы армий «Центр» к тому времени удлинился до 1100 км — за счет советских прорывов на юге и севере.

На самом деле, число немецких пехотных, танковых и танко-гренадерских дивизий на фронте было даже меньше цифры Типпельскирха (а именно — 38), а несколько венгерских и охранных дивизий, а также казачьи, татарские, грузинские части и ост-батальоны из русских, украинцев и белорусов предназначались для антипартизанской борьбы в тылу группы армий «Центр», а не для действий на линии фронта. А цифру 63 дивизии действительно можно получить, если считать по номерам — в том числе остатки 5 пехотных дивизий, все охранные и венгерские дивизии, остатки авиаполевых и две дивизии ПВО.

По «Истории ВОВ» план Ставки на зимнюю кампанию 1944 предусматривал активные действия этих фронтов и выход на рубеж Полоцк – Лепель – Могилев — река Птичь (то есть продвижение до 50- 150 км — несколько скромнее, чем по советским планам осени 1943).

«История ВОВ»: «В начале января 1944 г . 1-й Прибалтийский фронт предпринял силами 4-й ударной, 11-й гвардейской, 43-й и 39-й армий наступление с целью окружения и разгрома крупных сил противника, нависавших над невельской группировкой наших войск, обхода Витебска с северо-запада и юго-востока и овладения городом. Тяжелые бои, длившиеся до 18 января, закончились разгромом в районе севернее Городка группировки вражеских войск, причем две дивизии из ее состава были полностью уничтожены [ действительно,17 января1944 2-я авиаполевая , а 30 января 3-я авиаполевая дивизии были расформированы, их остатки переданы в 4-ю и 6-ю авиаполевые дивизии] . Войска фронта овладели Городком, перерезали железную дорогу Полоцк — Витебск, и заняли охватывающее положение по отношению к витебской группировке противника. Но полностью цели операции не были достигнуты. Тогда Ставка Верховного Главнокомандования привлекла к операции и Западный фронт, передав в его состав 39-ю армию из 1-го Прибалтийского фронта [ директива Ставки ВГК № 220011 от 18 января 1944 на разгром витебской группировки противника] . 3 февраля наши войска возобновили наступление. 1-й Прибалтийский фронт наступал северо-западнее [ 7 февраля ему была передана 6-я гвардейская армия из состава 2-го Белорусского фронта] , а Западный фронт юго-восточнее Витебска. Вновь завязались ожесточенные бои, которые, однако, не привели к выполнению главной задачи — овладению Витебском. Тем не менее советские войска нанесли поражение 3-й танковой армии противника, сосредоточившей в районе Витебска все свои 15 дивизий, 3 танковых батальона и 3 дивизиона штурмовых орудий, еще глубже охватили с северо-запада и юго-востока Витебск, а южнее его перерезали шоссе Витебск — Орша.»

Западный фронт начал первое наступление на витебском направлении 23 декабря 1943. До конца марта 1944 в пяти операциях на этом направлении фронт потерял 33.717 убитыми и 121.453 ранеными (по данным комиссии ГКО).

Типпельскирх : «В первые месяцы нового года незатухающим очагом боев был район Витебска. После того как русские в декабре вышли к дороге Полоцк — Витебск и приблизились к шоссе Псков — Киев и проходившей западнее него железной дороге, они предприняли две последовательные операции с целью овладеть Витебском путем охвата его с двух сторон. Первая операция с небольшими перерывами, которые были необходимы русским для замены потрепанных дивизий свежими, длилась с 3 по 18 января. Единственным успехом этих наступательных действий, как всегда проводившихся при самой интенсивной поддержке артиллерии и не щадя крупных масс живой силы, явилось то, что русские перерезали шоссе Псков — Киев южнее Витебска. На отдельных участках они вышли здесь также к реке Лучеса и даже продвинулись за железную дорогу Орша — Витебск.

Вторая операция проходила с 3 по 17 февраля. На этот раз немецким войскам пришлось до предела напрягать все свои силы, чтобы удержать оборону северо-западнее и юго-восточнее города, где она неоднократно находилась на грани прорыва. Хотя при этом немцы понесли тяжелые потери, однако им удалось не допустить решающих прорывов противника, бросившего в наступление пятьдесят три стрелковые дивизии, десять танковых бригад и три артиллерийские дивизии. Но силы немногочисленных немецких дивизий, державших оборону по широкой 70-километровой дуге вокруг Витебска, были истощены. Командование армии срочно запросило разрешения отойти на «пригородный рубеж», протяженностью лишь в 30 км . Разрешение было дано, но с условием, что Витебск как «последний крупный русский город по психологическим соображениям должен быть удержан любой ценой». До весны бои за Витебск велись лишь спорадически, ни по продолжительности, ни по напряженности не достигая былого размаха.»

Помимо витебского направления, Западный фронт провел две наступательные операции на оршанском направлении — 22-25 февраля 1944 и 5-9 марта. Успеха они не имели (согласно комиссии ГКО), потери составили 3.186 убитыми и 10.118 ранеными. В февральской операции части 52-го укрепрайона попали в окружение.

2 января 1944 Ставка директивой № 220000 приказала Белорусскому фронту не позднее 8 января начать наступление, разбить мозырьскую группировку противника и к 12 января овладеть Калинковичами и Мозырем . В дальнейшем наступать главными силами фронта на Бобруйск и Минск (150- 200 км ), частью сил действовать вдоль реки Припять на Лунинец ( 180 км ).

Как написано в «Истории ВОВ»: «В тяжелых боях наши войска прорвали оборону 2-й немецкой армии и 14 января овладели областным центром Белорусской ССР городом Мозырем и крупным железнодорожным узлом Калинковичи.»

По Кривошееву, в Калинковичско-Мозырьской наступательной операции Белорусского фронта первоначально было задействовано 232.600 бойцов и командиров, с 8 по 30 января 1944 безвозвратные потери 12.350 , санитарные 43.807 человек .

Типпельскирх : «Атаки здесь начались 8 января из района южнее Березины, а затем и еще южнее, на фронте 2-й армии, занимавшей особенно невыгодные позиции севернее и южнее Мозыря . Связь с группой армий “Юг”, нарушенная в начале ноября в результате неудач 4-й танковой армии, с тех пор так и не была восстановлена. Закрыть образовавшуюся здесь брешь, вновь создав тем самым сплошной фронт, главное командование сухопутных сил считало задачей невыполнимой; по его мнению, необходимо было довольствоваться обеспечением бреши подвижными частями. Использовать для этой цели несколько венгерских дивизий, находившихся в районе Припятских болот, не представлялось возможным, так как венгерскому правительству было обещано, что эти дивизии из-за слабой их оснащенности будут использованы не на фронте, а лишь для борьбы с партизанами. При первом же появлении русских войск венгры отходили на запад, оказавшись в начале января уже за рубежом Сарны, Лунинец: на их участке давали себя знать отголоски русского наступления на фронте группы армий “Юг”.

Свои атаки против смежных флангов 2-й и 9-й армий южнее Березины русские сочетали с броском кавалерийского корпуса на Мозырь и Петриков. Если бы этому корпусу удалось перерезать неудобно расположенные коммуникации 2-й армии, шедшие из Мозыря на Пинск, снабжение армии было бы сорвано, ибо связи со Жлобином уже не было, а ведущая из Бобруйска в юго-западном направлении железная дорога находилась в руках крупных партизанских отрядов. К 11 января русские добились между Мозырем и Березиной такого значительного вклинения, что 2-я армия оказалась глубоко обойденной с севера. Одновременно русская кавалерия теснила немецкие войска в направлении Петрикова . Гитлер вначале категорически запретил отход попавшей в тиски 2-й армии. Однако 13 и 14 января она все-таки вынуждена была под напором противника в исключительно тяжелых условиях отступить, и лишь поэтому ей в самый последний момент удалось избежать окружения. Русские же, когда их надежды на успех не оправдались, в дополнение ко всему перенесли центр тяжести своих ударов на 9-ю армию в районе непосредственно южнее Березины. До конца месяца обеим немецким армиям благодаря неоднократным отступательным маневрам удавалось сохранять временами прерывавшуюся между ними связь. Севернее Березины русские вплоть до 10 февраля также предпринимали атаки, не принесшие им, однако, решающего успеха. Затем после десятидневной паузы они попытались взять в клещи Бобруйск, возобновив свои атаки против южного фланга 9-й армии и одновременно нанеся удар с востока по ее северному флангу. Этим наступлением они одновременно рассчитывали добиться окружения большей части основных сил 9-й армии, располагавшихся между Днепром и Березиной. 19 февраля русские войска перешли в наступление по обе стороны Березины, а двумя днями позже форсировали Днепр севернее Рогачева, с первой же попытки добившись здесь неожиданно глубокого вклинения, которое они немедленно стали расширять в северо-западном, западном и южном направлениях. Спешная эвакуация рогачевского плацдарма спасла находившиеся там части 9-й армии от уничтожения и позволила командованию армии высвободить достаточное количество сил для восстановления нарушенной связи с 4-й армией по нижнему течению реки Друть . В результате отхода вдоль Березины до района Паричей и подготовки нового оборонительного рубежа южнее Рогачева, примыкавшего еще к Днепру, а западнее Друти соприкасавшегося с линией обороны 4-и армии, удар русских был отражен.»

21 февраля 1-й Белорусский фронт начал наступление на Рогачев. После трех дней ожесточенных боев он был взят.

«История ВОВ»: «Таким образом, 1-й Прибалтийский, Западный и 1-й Белорусский фронты не полностью выполнили поставленные перед ними задачи. Объясняется это прежде всего тем, что Ставка, поставив фронтам немалые по глубине задачи, не обеспечила их соответствующими силами и средствами, в частности танками, боеприпасами и горючим.»

«15 апреля все три фронта, действовавшие на центральном участке советско-германского фронта, перешли к обороне и начали подготовку к летнему наступлению.» [1-му Прибалтийскому фронту Ставка приказала перейти к обороне 2 апреля 1944.]

* авиаполевые дивизии формировались из наземного персонала люфтваффе, по штату должны были иметь 7 тысяч человек личного состава — два пехотных полка двухбатальонного состава и один артбатальон.

Источник

Поделиться с друзьями
Река и озеро
Adblock
detector