Меню

В озерах прудах а также в тихих речных заводях растут удивительной красоты цветы кувшинки

Познавательный ресурс о культуре, науке и искусстве

Кур.С.Ив. ом

Сайт Курия Сергея Ивановича

Стихи Д.Р.Р. Толкина в разных переводах — Песни Тома Бомбадила про жену Золотинку

Из книги «Властелин Колец» (кн.1, гл.7)

vk - 10_Greg & Tim Hildebrandt

Рис. Greg & Tim Hildebrandt.

Оригинал (1954)

1.

O slender as a willow-wand! O clearer than clear water!
O reed by the living pool! Fair river-daughter!
O spring-time and summer-time, and spring again after!
O wind on the waterfall, and the leaves’ laughter!

2.

I had an errand here: gathering water-lilies,
green leaves and lilies white to please my pretty lady,
the last ere the year’s end to keep them from the winter,
to flower by her pretty feet till the snows are melted.
Each year at summer’s end I go to find them for her,
in a wide pool, deep and clear, far down Withywindle;
there they open first in spring and there they linger latest.
By that pool long ago I found the River-Daughter,
fair young Goldberry sitting in the rushes.
Sweet was her singing then, and her heart was beating!

And that proved well for you — for now I shell no longer
go down deep again along the forest-water,
not while the year is old. Nor shall I be passing
Old Man Willow’s house this side of spring-time,
not till the merry spring, when the River-daughter
dances down the withy-path to bathe in the water.

______________________________________________

Перевод — Андрей Кистяковский
(к переводу Владимира Муравьёва) (1982)

1.

О тростинка стройная! Дочь Реки пречистой!
Камышинка в озере! Трель струи речистой!
О весна, весна и лето и сестрица света!
О капель под звонким ветром и улыбка лета!

2.

У меня там было дело — собирать кувшинки,
Чтоб потом преподнести их милой Золотинке;
Я всегда так делаю перед первым снегом.
Чтоб они цвели у ней до начала лета —
Собираю на лугу в чистом светлом озере,
Чтоб ладони холодов их не заморозили.
Я у этих берегов—давнею порою —
И жену свою нашел — раннею весною:
В камышах она звенела песней серебристой,
А над нею распевал ветерок росистый.

Так что видите, друзья, я теперь не скоро
У Ветлянки окажусь — может, лишь весною, —
Да и с Вязом повидаюсь под конец распутицы,
В дни, когда на нем листва весело распустится
И когда моя жена в золотистом танце
На реку отправится, чтобы искупаться.

______________________________________________

Перевод — Игоря Гриншпун
(к переводу Натальи Григорьевой и Владимира Грушецкого 1991 г.)

1.

Легка, как -шорох тростника.
Чиста, как тишина лесная,
Светла, как песня родника, —
Прекраснейшая Дочь Речная!
Приходит лето за весной,
И вновь — весна сменяет лето!
О ветер, шепчущий с волной!
О смех листвы в лучах рассвета!

2.

Ты сказал — пришел на крик? Нет. Забрел случайно.
Просто песни распевал и пришел нечаянно.
Кое-что я, правда, знал, слухи быстро ходят —
Мол, четверка малышей по дорогам бродит.
Нy а здесь, в глухом лесу, все пути да тропы
Собираются туда, где вода да топи:
Все дорожки старый Лох сетью сплел паучьей.
Если путник попадется — не упустит случай!
Нy, а Тома привело дело неотложное…

Я пришел собрать цветов для моей любимой,
Удивительных цветов — белоснежных лилий,
Чтоб спасти их от мороза, снега и метелей,
Чтобы милые глаза их любовью грели.
Собираю каждый год на закате лета
В чистом озере, каких больше в мире нету;
Там и милую свою я когда-то встретил:
Вдруг заслышал голосок, невесом и светел.
Это в чаще тростника пела Дочь Речная,
И сердечко застучало, Тома ожидая…

Повезло вам — я теперь окажусь не скоро
В том местечке где у вас вышла с Лохом ссора.
Год состарится, уйдет. Юною весною
Лес оденется листвой и цветы раскроет;
Лишь тогда под птичий звон, щелканье и трели
В легком танце поспешит Дочь Реки к купели.

______________________________________________

Перевод — Валерия Маторина (В.А.М.) (1990)
1.

Золотинка, Дочь Реки, стройная лозинка!
Чистая, как родничок, светлая росинка!
Ты весна, и лето ты, и весна снова,
Ветерок над водопадом, смех листвы веселый…

2.

У меня заданье было — собирать кувшинки.
Листья с лилиями любит моя Золотинка.
Их всегда она спасает от морозов снежных,
Чтоб цвели до весны у ног ее нежных.
Каждый год я отправляюсь за последним цвете
К темной заводи Ветлянки на закате лета.
Дольше всех они цветут в этой тайной заводи…
Там впервые Дочь Реки Тому показалась:

Золотая Ягодка в камышах сидела,
Сердце билось у нее, и слаще птички пела…

Ну, а вам повезло: больше Том не будет
По болотам бродить — пусть зима их студит!
Возле Ивы до весны не увидишь Тома.
Старый год кончается, новый—встретим дома.
А веселой весной проверим тропинки,
Чтоб могла прийти купаться в речке Золотинка.

______________________________________________

Перевод — Сергей Степанов, Мария Каменкович (1995)
1.

О стройнейшая из ив! О из вод чистейшая!
О живые камыши! О из дев нежнейшая!
О весна! О летний день! О весна веснейшая!
О шумящая листва! Наизеленейшая!

2.

Я ходил не просто так, а собрать кувшинки,
Чтоб порадовать свою юную хозяйку.
Ибо близится зима — и пора сорвать их:
До весны им надлежит быть у Златовики.
Каждой осенью хожу я к заводи заветной
И кувшинки приношу, чтобы не пропали,
А весной несу назад — пусть растут на воле.
Как-то раз, давным-давно, там, меж камышами,
Дочь Реки увидел я, деву Златовику —
Чист был голос у нее, и сердечко билось!

Так что крепко повезло вам на встречу с Томом —
До весны я не пойду больше в это место,
До весны не навещу хмурой Старой Ивы,
До весны, пока ручьи не заплещут снова
И покуда Дочь Реки танцами и пеньем
Не разбудит камыши в заводи заветной!

______________________________________________

Перевод — В. Воседой (псевдоним Владимира Тихомирова)
(к переводу Виталия Волковского 2000 г.):
1.

О стройная тростинка! О чистая криница!
О животворная вода! О дева-водяница!
О весна, весна и лето — без зимы и холода!
О ручей! О ветерок! Извечна ты и молода!

2.

Я туда ходил по делу — по кувшинки желтые,
И зеленые листочки для моей красавицы,
Чтобы ей не скучно было дома зиму долгую
Коротать среди цветов, дожидаясь вешних вод.
Так бывает каждый год: по лесу осеннему
Вдоль Ветлинки к бочагу я бегу к укромному,
Где кувшинок — пруд пруди. В этом самом омуте,
Помниться, я изловил дочку Водяницы —
Дева пела песнь воды, ей внимали птицы.

Вы, безусые ребята, намотайте-ка на ус:
Я до речки до Ветлинки вновь не скоро доберусь,
Может, только по весне, глядя по погоде,
Навещу я Дядьку Иву, иль за половодьем,
С Золотинкой побегу к бочагу:
Там она купается, а я стою на берегу.

______________________________________________

Перевод — Александр Грузберг (2000)
1.

Стройнее ивовой лозы, чище чистой воды
Прекрасная Дочь Реки!
О, весна, а за нею лето и вновь весна!
О, ветер над водопадом и смех листвы!

2.

Я цветы собирал — желтые кувшинки,
Что у ног моей жены вспыхнут ярким светом.
Скоро в лес зима придет, заметет тропинки,
А у милой до весны будет в доме лето.
Каждый год в эти дни я иду к запруде
К дальней заводи речной, где на глади чистой
Гуще лилии цветут до ветров осенних.
Там и встретил я когда-то милую подругу,
В камышах она скользила змейкою лучистой,
И звенел голосок ласковым весельем.

Да, вам повезло — я ведь возвращался
И не раньше весны здесь бы оказался.
Засыпает старый лес, ветви холодеют,
Лишь весна согреет их, зеленью оденет,
Светлым солнечным огнем речка заискрится,
Золотинка над ручьем в танце закружится!

______________________________________________

Перевод — Аркадий Застырец
(к переводу Александра Грузберга 2002 г.)

1.

О, чище ключевой воды! И, о, стройнее ивы!
О, цветик омутов живых! О, дочь Реки счастливой!
О, лето следом за весной и вновь весна за летом!
Над водопадом ветерок и смех листвы при этом!

2.

Я был там, чтобы лилий водяных
На радость госпоже моей прекрасной
Собрать как можно больше, прежде чем
Попрячутся они от зимней вьюги,
И расстелить под милыми ногами,
Чтоб там цвели, пока не стает снег.
Я каждый год их для нее сбираю,
Простившись с летом, в тихом том пруду,
Что вниз по Визивиндл, и где они
Весною расцветают понемногу
И до глубокой осени цветут.
Мы в тех местах и встретились однажды
С прекрасной юной Дочерью Реки…
О, Голдбери! Там, в зарослях прибрежных
Она так сладко пела! Милый голос!
А как стучало сердце у нее.

Так что вам тут повезло — больше я уж, верно,
В глубину к лесной воде не пойду всю зиму,
И не будет мне пути мимо Ивяного
Аж до будущей весны, юной и веселой,
И до той поры, когда танцами и плеском
Пробуждает Дочь Реки к новой жизни воду…

______________________________________________

Перевод — О. Мыльникова
(к переводу Алины Немировой) (2002)

1.

О веточка цветущая! О источник чистый!
Дочь излучины речной, заводи тенистой!
О весна за летом вслед, за весною лето!
Звон капели, плеск листвы и дыханье света!

2.

Я цветы собирал — желтые кувшинки,
Что у ног моей жены вспыхнут ярким светом.
Скоро в лес зима придет, заметет тропинки,
А у милой до весны будет в доме лето.
Каждый год в эти дни я иду к запруде
К дальней заводи речной, где на глади чистой
Гуще лилии цветут до ветров осенних.
Там и встретил я когда-то милую подругу,
В камышах она скользила змейкою лучистой,
И звенел голосок ласковым весельем.

Да, вам повезло — я ведь возвращался
И не раньше весны здесь бы оказался.
Засыпает старый лес, ветви холодеют,
Лишь весна согреет их, зеленью оденет,
Светлым солнечным огнем речка заискрится,
Золотинка над ручьем в танце закружится!

______________________________________________

Перевод — Ирина Забелина
1.

Дочь прекрасная реки! Чище родника!
Ветла у живой воды, летняя роса!
Шёпот ласковой листвы, пенье тростника,
Ветерок над ручейком, вечная весна!

2.

Дело было у меня: милой Золотинке
Белых лилий принести на листе-корзинке.
Уберечь их от зимы, чтоб цвели, не вяли
Вкруг моей царевны милой до лесных проталин.
Лето лишь к концу подходит — Том уж непременно
По Ветлянке вниз спешит; видели, наверно,
Вы лесных озёр глубоких ясную водицу?
Там весёлый хоровод лилий серебрится.
Я у тех озёр когда-то встретил Золотинку,
Молодую дочь реки, плёсов камышинку.
В тростниках царевны голос был так нежен, светел,
И на мой напев призывный песней мне ответил.

Читайте также:  Черное озеро таменгонт рыбалка

Вам, ребятам, оказалось это очень кстати:
Ведь я больше не пойду, да чего бы ради?
Лишь весною мимо Старца Том пойдёт наверно,
Провожая дочь реки, светлую царевну.
Ведь весной она, танцуя, по заросшей тропке
Побежит к реке купаться на тот берег топкий.

______________________________________________

Перевод — Телумендил (2003-2010):

1.

Стройнее ивы молодой и чище капельки дождя
О, дочь реки, ты красотой луну затмила, проходя.
Весна и лето промелькнут и снова позовут весну,
И только ветер над рекой нарушит смехом тишину.

2.

Четвертая песня Тома Бомбадила
Занят я долго был делом интересным:
У ручья раздобыл я цветов прелестных.
Перед лютой зимой, их теплом согрею,
Золотинке домой отнесу скорее.
И хожу я к цветам резво как мальчишка.
Вам скажу: место там памятное слишком:
У пруда в летний зной на песке согретом
Повстречались с женой мы однажды летом.
От меня, вот смешно, пряталась сначала,
Но и дня не прошло, как женою стала.
Так что здесь я прошёл по своей причине
И случайно нашёл вас в беде-кручине.
Но зачем обсуждать чьи-то неудачи?
Надо всем помогать, так или иначе!
Мы, однако, должны изумиться чуду –
Больше здесь до весны я ходить не буду.

______________________________________________

Украинский перевод — Олена Фешовець (2005)
1.

О ти, стрункіша за вербу! О понад води чиста!
О ти, дочко Ріки! Озера намисто!
О веснонько й літечко, ні – таки весна ти!
Вітерець і водоспад, листя сміх і свято!

2.

Я мав роботу тут – нарвати білих лілій,
зелене листя, цвіт на радість моїй пані,
останній в році цвіт врятую від морозів
і їй складу до ніг, поки сніги розтануть.
Щоліта я ходжу шукати їх для неї
до чистих тих озер униз по Верболозці;
найперше там цвітуть і там найдовше квітнуть.
Біля озер тих стрів доньку Ріки колись я,
миленьку Золотинку поміж: очеретів.
Солодкий спів її був, дрібно серце билось!

Усе тепер гаразд – уже мені не треба
ходить далеко знов аж до ріки у лісі
щороку восени. Іти не доведеться
повз дім Верби Старої до весни самої,
так так, аж до весни, коли Ріки дитина
знов затанцює вниз купатися в долину.

______________________________________________

Белорусский перевод Д. Могилевцева, К. Курченковой (2008)

1.

Дачка чароўнае ракі! Званчэй ад кроплі звонкае!
Чысьцей ад чыстае вады! Гнутчэй ад вербы тонкае!
Сьвятлей за сьветлую вясну ды лета за вясною!
Заўжды вясна – і ветру сьмех над ціхаю ракою!

2.

Такую справу меў: для Златачкі-сунічкі
лілеяў белых, лісьця сьвежага сабраць,
уратаваць іх ад зімы, каб да цяпла
квітнелі побач зь мілай гаспадыняй.
Я кожнай восеньню да першых халадоў
сьпяшаюся да тых разьліваў, дзе
лілеі першымі квітнеюць па вясьне,
апошнімі ўвосень засынаюць.
Калісьці там я Злату напаткаў,
найпрыгажэйшую, між чарацінак гонкіх
сьпявала звонкай радасьцю яна!

А тое добра абярнулася для вас.
Бо я цяпер на сьцежку па даліне
да навагодзьдзя болей не патраплю,
да Лазьняка-хрыча не завітаю,
пакуль сунічанька мая вясною новай
ня пойдзе пакупацца да ракі.

Источник



Легенда о кувшинках

Он плывёт, а воды плавятся
Стебелёк звенит струной.
Ждёт, когда луна появится,
Хочет встретиться с луной.
Белый с жёлтой сердцевинкою,
Как, похож он на сосуд.
А зовут цветок – кувшинкою,
Очень правильно зовут.

Водяная лилия — очаровательная и нежная белая кувшинка — не что иное, как знаменитая сказочная одолень-трава. Молва приписывает ей волшебные свойства. Ее наделяли свойствами охранять людей, она могла дать силы одолеть врага, оградить от бед и напастей, но могла и погубить того, кто искал ее с нечистыми помыслами. Кувшинку вкладывали в ладанку и носили как амулет. Народные названия: одолень-трава или одолень белый, балаболка, плывучник, русалочий цветок или русалкин цвет, водяная маковка или мак водяной, блискалка, бобpяк, белые курочки, водяной попутник, водяной цвет, белая водяная лилия.
Кувшинка прекрасна! Это одно из самых красивых растений. Белая кувшинка издревле считалась символом красоты, непорочности и милосердия. Эти большие и белые с золотой серединой цветы растут в тихих водоемах наших рек и озер. Кувшинку-нимфею также называют “дитя солнца”: ее прекрасные цветки раскрываются утром и закрываются с наступлением сумерек.
О происхождении этого чудесного растения существует множество легенд. Говорят, что название свое она получила в честь нимф, обитающих, как и эти растения в воде. Как известно из греческой мифологии, нимфы — это божества природы: лесов, гор, озер, рек и морей. Неудивительно, что цветы, названные в их честь, прекрасны. В славянских сказках представление о кувшинках связывается с загадочным образом русалки.
Скандинавские легенды говорят, что у каждой кувшинки есть свой друг — эльф, который вместе с ней рождается, вместе с ней и умирает. По народным поверьям, в ее цветках и на листьях живут нимфы вместе с маленькими эльфами. Листья и цветки для этих маленьких эльф служат лодочками.
В древнегреческой легенде о кувшинке рассказывается о том, как прекрасная белая нимфа, воспылав любовью к Гераклу и не получила от него отклика, от горя и любви к нему превратилась в белую кувшинку.
Легенда североамериканских индейцев говорит о том, что кувшинка появилась при столкновении Полярной и Вечерней звезды, от их искр. Эти две звезды поспорили между собой, кому достанется стрела, которую пустил в небо великий индейский вождь и столкнулись в полете.
Согласно северогерманскому поверью, кувшинки выросли на месте двух погибших русалок, которых убила злая никса (в древнегерманской мифологии — русалка), жившая в озере.
Итальянское же сказание рассказывает о том, что кувшинки — это дети прекрасной белокурой графини Мелинды и уродливого страшного болотного царя, ее похитившего. Однажды, жила-была, прекрасная Мелинда. И за ней все время следил болотный царь. Глаза царя мерцали когда он смотрел на красивую девушку, и хотя он был страшен как черт, все же он стал мужем Мелинды, а заполучить красавицу ему помогла желтая кубышка, олицетворяющая издавна измену и коварство. Гуляя с подругами у болотистого озера, Мелинда залюбовалась золотистыми плавающими цветами, потянулась за одним из них, ступила на прибрежный пень, в котором затаился владыка трясины, и тот увлек на дно девушку. На месте ее гибели всплыли белоснежные цветы с желтой сердцевиной. Этими цветами оказались водяные кувшинки.
Кувшинка белая охраняется законом, так как их осталось в водоемах рек и озер совсем мало. Цветет кувшинка долго, с конца мая и по август. Цветки белой лилии раскрываются ранним утром, а поздним вечером закрываются. Если прийти рано утром на озеро, то можно пронаблюдать, как появляются эти цветы из воды. Это незабываемое зрелище! Вот из глубины озера начинает что-то подниматься, и на поверхности показывается большой бутон. В считанные минуты он превращается в прекрасный белый цветок. Рядом еще один, чуть подальше еще. Удивительно то, что бутоны всплывают перед самым восходом солнца, а раскрываются, едва солнечные лучи коснутся поверхности воды. Весь день их не найдешь в одном и том же положении. С утра и до вечера цветущие кувшинки следуют за движением солнца, поворачивая плавающую головку в сторону его лучей. В полдень они раскрывают все свои лепестки. Потом цветки у них начинают постепенно закрываться и цветок похож на нераспущенный бутон. И вот тут происходит интересное: закрывшиеся цветы кувшинки, начинают медленно погружаться в воду. Это плети-стебли, укорачиваясь, втягивают цветы за собой. Кувшинки очень любят солнце, чуть набегут тучи и они медленно начинают закрываться.

Мелинда и Болотный царь

Царица вод, цветок русалок
в него влюбляясь и молясь…
Легенду о цветке гадалок
Вам, расскажу, я не таясь…

В болотах где-то у Мареммы*
Жил безобразный страшный царь,
и у него была дилемма,
как род свой царский продолжать.

Увидев раз – навек пугались,
монстр грязный, чёрт, аляповат**…
И замуж за него боялись
идти все девушки подряд.

А он вдобавок был упрямый,
хотел красавицу жену,
Такую, чтоб была бы павой,
И он решил — всех обману!

Хитёр был царь болотный гадкий,
знал, что ни жительниц, ни фей,
Он не прельстит, решил украдкой
втянуть в болото без затей.

Колышет ряска в паутине —
дошло до царственных ушей…
Мелиндой звали дочь графини,
и не было её милей!

Нежна, красива, златовласа,
На поступь – пёрышко, легка,
А говорит – нейдёт и часа,
что ваша вольная река!

Не ведал: в праздник ли, в субботе?
досель невиданны цветы
взошли однажды, на болоте
Кубышки, царственны желты!

Лишь утро солнцем в небе синем
мир осветило в неглиже,
служанка молодой графини
О них сказала госпоже.

Цветы Мелинда обожала —
Нельзя такое не глядеть.
Она с горы стремглав сбежала,
чтоб диво лично посмотреть.

А за спиной остался замок,
графиня-мать и две сестры.
К болоту подошла упрямо —
к цветам невиданной красы…

Болотный царь был непреклонен
в своём злодействе и татьбе***.
Кубышки, в золотой короне
манили девушку к себе…

Цветы росли в центре трясины —
Достать рукою их никак.
Ведь там болото, там глубины,
и далеко растёт ивняк.

Вдруг видит пень, давно загнивший,
весь очень чёрный на брегу.
Решила девушка смутившись,
на нём достану, я — смогу!

И словно козочка младая
она вскочила на него,
и зла не ведая, не зная
к цветам поплыла вдруг легко?!

И оказавшись в междурядьях,
подплыв к цветам затаенО…
Как пень вдруг ожил, сжал в объятьях,
и…утащил её на дно.

Болото, булькнув приворотно
закрыло вход, тем, кто пленён.
Пнём оказался царь болотный,
весь день лежал в засаде он.

Узнав о гибели графини,
служанка — в замок, чтоб до несть,
И матери о чертовщине
поведала дурную весть.

Графиня – мать уж на болоте,
но оно мерзкое молчит,
Лишь воздух пузырями ходит,
Кулик испуганный кричит.

Шло лето, месяцы сменялись,
графиня-мать всегда в слезах
Дни потихоньку убавлялись,
молчит болото во грехах!

Читайте также:  Крупные озера страны монголии

Уж осень…холодом дышало,
перед отлётом птиц на юг
К ней Аист подошёл устало
и говорит ей: «Тук-тук-тук!

Не убивайся, мать-графиня
Жива твоя Мелинда дочь!
Она в пучине тёмно-синей
с царём болотным день и ночь.

Он похититель и властитель
Мареммы этой – водоём.
Колдун за речкой есть, целитель
живёт, и знает обо всём…
Жизнь тяжела и полосата,
Незнанье – хуже, чем тишком.
И, взяв с собой мешочек злата,
Пошла навстречу с колдуном.

Пришла она, трава смята.
И вход в жилище обветшал.
Но, взяв себе в награду злато,
Колдун с поклоном отвечал:

«Графиня — мать, есть способ верный,
Послушать ты сейчас изволь:
Девять вечерних и рассветных
Зови, усиленно ты, зорь!

Будь девять раз на том же месте,
Где Царь Болотный и лесной.
Она всплывёт, если не вместе —
Не стала там его женой!»

Все девять дней графиня-мама
звала и день, звала и ночь
И лишь в последний день внезапно
Раздался голос – это дочь

К ней обращалась из болота
Из самой темной темноты.
Он шёл отчаянный, с ломотой,
Безвольный, полный пустоты…

«Всё поздно, кончено, навечно
Царя Болотного жена.
Осуждена быть с ним извечно,
я навсегда его раба.

Как ляжет снег на вашу землю
Не жди меня, прошу, не жди.
Придёт зима, и мы задремлем
В тенистой ложе до весны

Когда ж пригреет солнце донник,
Июль завертит кружева.
Дождись меня, и я напомню,
что я здорова и жива.

Прошла зима…весна…вот лето…
Пришёл назначенный Июль.
Графиня стала ждать ответа,
сердечных выпив штоф пилюль.

Она стояла и смотрела…
Вдруг на поверхности воды,
На длинном и зелёном стебле —
Цветок невиданной красы!

Поднялся, засверкал на солнце,
Как атлас нежный лепестки,
Слегка с румяной волоконца
С лучами розовой зари.

Всё это цвет любимой дочки,
Её лица, чудесней нет!
И слёзы капали на кочки —
Графиня плакала в ответ.

А серединки, серединки
Сияют, солнцу пришлют привет,
Как волосы родной Мелинды —
Все золотисты, спору нет!

Да, перед ней родная внучка!
Мелинды дочь, и дочь царя!
Кувшинка кружит в нежных брючках
Прекрасна как сама заря!

…С тех пор прошло немало вёсен,
но в продолженье многих лет
Трясины вид был судьбоносен
Ковром кувшинок он одет.
Графиня-мать до самой смерти
Сюда ходила – как могла…
И любовалась в круговерти
Цветами-внучками всегда!

О, путник иль простой прохожий,
влюблённый парень иль эстет,
когда кувшинку видишь, всё же,
ты вспомни сказку этих лет!

Подумай прежде, рвать ли надо
дарить букет или не дарить?!
Они растут не для услады,
А оторвёшь, и им не жить!

Они прекрасны, несравненно!
На нежной глади забытья,
В болотных водах незабвенно
Кувшинки кружится ладья!

*) Маремма — болото в Италии
**) аляповат — безвкусно, сделанный грубо
***) татьба — в древнем русском праве — преступное похищение чего-либо или насильственное отнятие

© Copyright: Игорь Апрельский, 2018
Свидетельство о публикации №118071701086 Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении Другие произведения автора Игорь Апрельский Прекрасно, Игорь! Это чудесное произведение во вторник ночью удалось услышать в прочтении великолепной шестнадцатилетней девушки: читала с телефона. Мы с подругой детства (мамой девушки) слушали с огромным удовольствием. Благодарю за очередное чудо — эту легенду! Много ассоциаций вызывает и перекличек с реальностью.
Успехов в продолжении темы!

Татьяна Хакина 20.07.2018 17:17 Заявить о нарушении Добрый вечер, Татьяна! Рад, что вы вернулись! В следующий вторник — Легенда о Маках (драма). Будет очень интересно, обещаю. С теплом, Игорь

Источник

ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Занимательная ботаника

НАСТРОЙКИ.

Необходима регистрация

Необходима регистрация

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • » .
  • 57

Александр Васильевич Цингер

Выпускаемая новым изданием книга А. В. Цингера «Занимательная ботаника» является первым посмертным изданием. Эти «бесхитростные любительские беседы», как называл их сам автор, физик по специальности и любитель ботаники, к которой он имел очень серьёзные «родственные чувства», были по достоинству и высоко оценены читателями. Поэтому нет необходимости говорить о значении «Занимательной ботаники» и о превосходном изложении и структуре книги, написанной автором, блестящий популяризаторский талант которого всеми признан.

Поскольку последнее, четвёртое издание «Занимательной ботаники» вышло в 1934 г., нам пришлось тщательно просмотреть весь текст книги, внеся в него фактические поправки и те изменения, которые вытекали, непосредственно из достижений, обогативших советскую биологическую науку за последние 12–15 лет, прошедших после выхода в свет четвёртого издания.

Однако, мы взяли на себя смелость сделать ряд дополнений к тексту автора, стараясь построить их по возможности в том же стиле, в каком написана «Занимательная ботаника». Конечно, сделать это было чрезвычайно трудно, и сколь это удалось, об этом уже будут судить читатели этого нового издания. Такие дополнения были сделаны для эвкалиптов, для секвойи, о цитрусах, подсолнечнике и белладонне; во всех этих местах новый текст выделен квадратными скобками.

Кроме этих дополнений мы включили две беседы, написанные заново: 1) «Ещё о пигмеях», (Волга цветёт) и 2) «К охотникам за растениями». Эта последняя глава помещена вместо главы «Флора СССР как источник сырья», написанной в своё время научным редактором последнего издания.

В конце книги дано также небольшое послесловие «О „Занимательной ботанике“ и её авторе», в котором мы попытались осветить подробнее это несколько необычное явление в истории ботаники, когда профессор физики так удачно и ярко разрешил трудную задачу «сагитировать юных натуралистов», для которых прежде всего написана эта книга, на глубокое и вдумчивое изучение природы.

Сложность всех указанных дополнений заключалась ещё и в том, что мне, как специалисту-ботанику не всегда легко было стать на «точку зрения непритязательного любителя»… Одно лишь может служить мне надеждой на оправдание, что если бы, у нас было, больше таких любителей ботаники, как покойный А. В. Цингер, тогда успех и серьёзное увлечение ботаникой наших молодых натуралистов были бы обеспечены в ещё большей степени, чем сейчас.

Вафля (Телегин): «Я питаю к науке не только уважение, но и родственные чувства. Моей жены двоюродный брат, изволите ли знать, был магистром ботаники».

А. Чехов. «Дядя Ваня».

Предисловие автора к четвёртому изданию

Я лишь скромный, непритязательный любитель ботаники, но сохраняю любовь к растительному миру и течение всей своей жизни, с самого раннего детства. Мои «родственные чувства» к ботанической науке имеют несколько большие основания, чем у чеховского Вафли. Пусть читатель простит меня, если я несколько задержусь на своих «родственных» связях с ботаникой. В моём рассказе о прошлом, может быть, найдется кое-что интересное и для теперешнего молодого поколения любителей флоры.

Отец мой был профессором математики. Всю молодость свою он провёл в Москве, вдали от природы; только лет с 35 начал он довольно регулярно проводить летние месяцы среди полей и лесов. Первое время растительный мир был ему совершенно чужд: по собственным его рассказам, он с трудом отличал рожь от овса. Однако мало-помалу он настолько увлёкся ботаникой, что через несколько лет из него выработался опытный, авторитетный знаток нашей флоры, впоследствии отмеченный званием почётного доктора ботаники. Это был, насколько мне известно, единственный случай соединения в одном лице доктора ботаники с доктором математики.

Что же дало первый толчок, побудивший моего отца от формул и геометрических построений перенести свои интересы к формам и жизни растений? По собственному признанию отца, этот толчок дали совместные прогулки и беседы с тогдашним московским профессором ботаники Н. Н. Кауфманом, автором известного в своё время определителя «Московская флора». «Когда я посмотрел, как Кауфман собирает и исследует растения, — говаривал отец, — когда я послушал его рассказы, у меня точно открылись глаза: и трава, и лес, и почва представились мне в совершенно новом свете, полные самого глубокого интереса».

Увлёкшись ботаникой на всю жизнь, отец мой умел увлекать и других. Не говорю о многих его последователях и почитателях. Академик С. Г. Навашин в юности готовился быть химиком, но по его собственным рассказам увлёкся ботаникой в значительной мере под влиянием профессора математики В. Я. Цингера. Один из лучших знатоков нашей флоры, Д. И. Литвинов (б. хранитель гербария Академии наук СССР), по образованию и первоначальной деятельности был инженером; в его увлечении ботаникой огромную роль сыграло знакомство с моим отцом.

Что касается меня, то я в те времена относился к делу совершенно по-мальчишески. Мне всё хотелось найти что-нибудь необыкновенное, никем не виданное. Я наивно полагал, что в этом — главная суть дела. Среди проявления растительной жизни меня привлекали такие курьёзы, как движущиеся тычинки барбариса, взрывающиеся плодики «Не тронь меня» [1] , пыльники орхидей, в виде грибочка прилипающие к хоботку насекомого, и т. п.; но подробнее вникнуть в такие явления меня не тянуло, а главное — я оставался равнодушным к тысячам менее эффектных, но иногда гораздо более интересных деталей, которые более вдумчивому наблюдателю открываются повсюду. Ещё мальчишкой я мог назвать более сотни различных растений их научными, латинскими именами; но сколько-нибудь толкового представления о системе растений у меня совсем не было. Помню, мне было уже лет 15, когда отец поручил мне разложить один гербарий, хоть приблизительно, по семействам. Что у меня получилось. Нечего уже говорить, что чистотел ( Chelidonium mаjus ) попал у меня в Крестоцветные, а дымянка ( Fumaria officinalis ) очутилась близ Губоцветных; я не усомнился белую водяную лилию ( Nymphaea alba ) занести в семейство Лилейных. Лишь позднее я стал понимать, что узнать латинское название ещё не значит определить растение, что

Источник

В озерах прудах а также в тихих речных заводях растут удивительной красоты цветы кувшинки

А. МОИСЕЕВ, архитектор, действительный член Московского общества испытателей природы

У меня в саду в небольшом водоеме начиная с июня и до октября цветут прелестные растения — кувшинки, или, по-другому, нимфеи.

Словно в какой-то чудесной сказке или на картине художника оживляют они водную гладь прудика. Нет сомнения: по своей красоте нимфеи с успехом могут соперничать с самой королевой цветов — садовой розой.

«Взгляните только на нашу родную водяную розу — нашу белую кувшинку. Ну какой из остальных цветков подмосковной флоры способен сравниться с ней, особенно когда она так горделиво, так царственно покоится на водной поверхности среди своих прелестных бутонов и массы подернутых как бы воском плавающих листьев!» — писал еще в 1887 году известный русский естествоиспытатель Н. Ф. Золотницкий.

Читайте также:  Озеро соленое ставропольский край рыбалка

Кажется, ни об одном из водных растений не было сложено столько легенд и преданий, написано столько стихов и картин.

А у нас на Руси белые кувшинки называли русалочьими цветами. По народному поверью, в озерах и тихих речках среди цветов кувшинок живут нимфы-русалки. Они заманивают людей своими прекрасными цветками и своей красотой увлекают в тинистую глубину подводного царства.

В старинном славянском травнике — собрании народных лечебных рецептов, поверий и советов — белая кувшинка названа одолень-травою, обладающей волшебными свойствами отгонять злую, нечистую силу. Приписывались нимфеям и другие чудодейственные качества. В том же травнике говорилось: «Кто найдет одолень-траву, тот вельми талант себе обрящет на земли», то есть будет обладать большими способностями и добьется успехов в жизни. Отправляясь в дальнюю, опасную дорогу, путешественник брал с собой лепесток-другой или просто корешочек кувшинки. Смело шел он глухой, темной ночью по пустынной дороге, по дремучему лесу, ведь с ним одолень-трава. Верил: не даст она его в обиду.

Нимфеи, или, как их еще называют, водяные лилии, обитают в неглубоких, до одного-двух метров, озерах, прудах, тихих речных заводях и тинистых омутах. Это многолетние растения с толстыми ползучими корневищами и многочисленными мелкими жгутообразными питающими корешками.

Чтобы цветки не переохлаждались на ночном воздухе, к вечеру распустившиеся бутоны закрываются, а иногда и совсем опускаются в более теплую, чем ночной воздух, воду. С восходом солнца и потеплением воздуха они вновь появляются на поверхности воды и снова раскрываются. Не раскрываются цветки нимфей лишь при ненастье или в преддверии дождя.

Весьма оригинально устроен сам цветок. Внизу бутона — четыре зеленоватых чашелистника, на которых покоятся изящные по форме и цвету лепестки. Концы лепестков выделяют небольшое количество меда, привлекая мух, пчел и жуков, которые, посещая этот цветок, опыляют его. После опыления цветок закрывается и уходит под воду. Там и образуется плод в виде кувшинчика с черными семенами внутри. Когда они полностью созревают, внешние стенки кувшинчика сгнивают, и семена, получив свободу, всплывают на поверхность. Окруженные беловатой, рыхлой, наполненной воздухом оболочкой, они не тонут, а под действием ветра или течения перемещаются по воде. В другие водоемы прилипшие семена переносят чаще всего птицы, особенно водяные курочки. Через два-три дня оболочка семян сгнивает, и они опускаются на дно, где и прорастают следующей весной, заселяя новые, еще не обжитые места.

Семена нимфей съедобны и вкусны. Любят ими полакомиться и птицы и рыбы, особенно воздушной оболочкой. А помните лотофагов из гомеровской «Одиссеи»: изведавшая вкус семян лотоса часть экипажа корабля отказалась возвращаться на родину.

Род нимфей распространен на Земле довольно широко. В нашем северном полушарии это растение встречается от экватора и до Скандинавии и Канады. Известно около 50 видов кувшинок, произрастающих в естественных условиях, у нас в России их три: чисто-белая, белая и малая, которые распространены до лесотундры включительно.

Более 100 видов нимфей выведено или окультурено цветоводами. Легендарный лотос — близкий родственник кувшинки — в России растет в естественных условиях в дельте Волги и в мелководных заводях Каспийского моря. На Дальнем Востоке изредка встречается более холодостойкий лотос Комарова.

Подмосковную чисто-белую кувшинку — нимфею — весной 1974 года взял я из маленького зарастающего болотца на окраине города Одинцова, что в 24 километрах к западу от Москвы, и посадил в свой садовый водоем на глубину 0,5 метра. Новый дом кувшинке понравился больше, чем старый: она отлично прижилась в моем прудике. Через год появились у меня и крупноцветковые садовые нимфейные гибриды — кремовая Роза Арей, винно-красная Эскарбукль, золотистая Сэнрайз, розовая Розеа. А еще через год высадил я бледно-голубую, безымянную для меня, южноафриканскую неженку. Она цвела, но перезимовки, по моей неопытности, не выдержала.

Сажал я гибриды на предельную глубину водоема, около одного метра. Почву готовил из огородной земли с небольшой добавкой глины, торфа, крупнозернистого песка, смеси раздробленных рыбьих и куриных костей, размельченной яичной скорлупы. Слой почвы получался толщиной 12-15 см. Чтобы предохранить корневища от живущих в водоеме рыб, сверху присыпал их мелкой галькой и песком.

Зацвели нимфеи в тот же год. Окраска цветков, особенно у гибридных видов, довольно разнообразна. Встречаются нимфеи белой, розовой, золотистой, красной, синей, коричневой окрасок. Диаметр цветка 15-20 см и даже более.

Чисто-белые нимфеи-кувшинки в садовой культуре довольно неприхотливы. Они легко размножаются семенами и на третий год начинают цвести в июне-июле дружно и обильно. Иногда зацветают и осенью: были бы солнце и теплая чистая вода. Кстати, сами кувшинки считаются своеобразным индикатором: в том водоеме, где они хорошо себя чувствуют, чистая вода.

Крупноцветковые гибриды нимфей цветут обильнее и дольше местных кувшинок — вплоть до осеннего похолодания воды. Возможно, поэтому семян они не завязывают и размножаю я их только вегетативно, то есть делением корневищ.

Корневища, предназначенные для размножения, переносят на другое место в сосудах с водой или во влажной ткани, опилках, мхе. При качественной упаковке в полиэтиленовых мешочках поздней осенью или ранней весной удается благополучно пересылать их по почте на любые расстояния, вплоть до Камчатки и Сахалина, затрачивая на пересылку более месяца.

Высаживая нимфеи в водоем, нельзя закрывать растениями всю его водную гладь. Не менее половины, а то и двух третей должны оставаться свободными.

Уход за нимфеями прост и сводится в основном к поддержанию постоянного уровня воды в водоеме. Нельзя допускать попадания воды на раскрывшиеся цветки и плавающие листья. Вода, скопившаяся на листе, закрывает расположенные на его поверхности многочисленные (до 10-12 млн.) дыхательные отверстия-устьица. От чрезмерного забрызгивания листья и цветки загнивают и отмирают. По этим причинам не рекомендуется высаживать нимфеи вблизи фонтанов и водопадов.

В хороших условиях нимфеи растут быстро и через несколько лет могут изрядно заполнить водоем. Если помимо плавающих листьев появились еще и воздушные, значит, растениям стало тесно и требуется прореживание или пересадка их на новое место.

Зиму чисто-белые кувшинки, да и некоторые гибриды переносят у меня в почти обезвоженном водоеме. В конце октября воды в нем почти не остается: я использую ее для подзимнего полива яблонь, актинидии, винограда. Находит применение (как удобрение для огорода) и часть образовавшегося за лето на дне бассейна сапропелевого ила.

До наступления морозов осенние дожди заполняют бассейн лишь на 25-30 см. Вот в этой воде и зимуют кувшинки, подчас вмерзая в лед или ил.

Большинство гибридных нимфей более теплолюбивы. Одно время в порядке эксперимента несколько зим они провели у меня рядом с чисто-белыми кувшинками. Золотистая Сэнрайз и голубая южноафриканка не выдержали испытания и погибли этой же зимой, красная Эскарбукль вымерзла после третьей зимы. Относительно холодостойкой оказалась Роза Арей. У меня она зимует в тех же условиях, что и местные кувшинки. В одном из номеров журнала «Природа» за 1986 год я встретил цветные фотографии довольно большой популяции этой нимфеи, акклиматизировавшейся на одном из подмосковных озер, высаженной там доброй рукой искреннего друга. Судя по фото, нимфеи прижились на озере, обильно цветут, значит, и благополучно зимуют.

Из небольших водоемов корневища гибридных нимфей осенью лучше выкапывать и хранить в ведрах с водой или во влажном песке в подвалах и погребах при температуре 2-5 градусов тепла. Для удобства извлечения их из водоема без откачки воды я рекомендую высаживать растения в емкости с ручками: тонкостенные бетонные контейнеры, ивовые корзины, старые большие ведра из нержавеющих материалов. В такой таре кувшинки удобно передвигать в водоеме даже в летнее время, вынимать осенью и переносить на зимовку, не травмируя растения.

Совсем недавно — 15-20 лет назад — кувшинки были обычными растениями наших водоемов. Из-за загрязнения природных вод промышленными и сельскохозяйственными отходами они стали катастрофически быстро вымирать и превратились чуть ли не в музейную редкость.

Гибнут кувшинки и из-за собственной красоты. Встретив цветущую нимфею, ее «поклонники» срывают цветок, часто выдергивая его вместе с корнями. Корневище у нимфей легче воды. Оторванное от грунта и брошенное обратно в воду, оно не опускается на дно, а, плавая на поверхности воды, загнивает и гибнет.

Не стоят сказочные цветы и в букетах. Из-за особенностей строения цветки нимфеи, оторванные от корня, не могут впитывать воду, быстро вянут и умирают.

До сих пор читаешь горестные сообщения об исчезновении кувшинок, хотя рвать их запрещено: нимфеи внесены в Красную книгу исчезающих растений.

Там, на окраине Одинцова, где почти 30 лет назад я взял кусочек корневища чисто-белой кувшинки, давно уже нет дивного уголка дикой, не тронутой человеком природы. Нет водоема, нет и кувшинок: природу «окультурили». От той одинцовской кувшинки, что растет в моем прудике, семена и сеянцы разослал я во многие сотни, если не тысячи, адресов по всей территории бывшего СССР. И сердце мое радуется: «Нет, не погибла одинцовская кувшинка!»

Нельзя позволить исчезнуть чудесному созданию природы. И надо не только сохранить этот чудо-цветок, но и восстановить его в старых ареалах. Неплохо было бы ввести нимфеи в ассортимент водных цветов наших городских парков, скверов, садов.

Кому придется побывать в окрестностях Звенигорода, Можайска или Суздаля, что почти тысячу лет стоит на реке Каменке, родной мне реке, приглядитесь к местным водоемам. Вдруг там распустились и цветут белыми огоньками нимфеи-кувшинки! Я разбросал по водоемам тех мест многие сотни уже проклюнувшихся нимфейных семян и посадил корневища.

КУВШИНКА ИЗ СЕМЯН

Чтобы получить семена кувшинки, на завязавшийся плод надевают марлевый мешочек и прикрепляют его к дощечке или пробке. В средней полосе у отцветшего в июне-июле цветка семена созревают в начале сентября. Из мешочка созревшие семена выпускают в банку с водой. Покрытые белой воздушной слизью, они несколько дней плавают по поверхности, а затем, освободившись от слизи, опускаются на дно. Хранить их лучше в воде, и 3-4 недели выдержать при температуре 0 — плюс 5 градусов.

В феврале — марте семена высевают в сосуд с грунтом из илисто-торфянистой или огородной земли, сверху присыпают на 1-2 см слоем речного песка. Сосуд заливают на 10-20 см водой и оставляют в комнате в теплом освещенном месте. В июне сеянцы переносят в водоем, они успешно зимуют в нем, если он не промерзает до дна.

На второй-третий год растения размещают на постоянном месте на глубине 0,5-1,2 м.

Источник

Adblock
detector